Как я понял, подробности о результатах нашего героического рейда на оскверненные земли уже разнеслись по всей лютоградской Цитадели. Ростоцкий задумчиво побарабанил железными пальцами по пристегнутому к нижней части угловатой кирасы покрытому сотней царапин боевому шлему.
— О, а вот и Трофим. Легок на помине…
Я повернулся. Из распахнутых ворот Кленовки к нам спешил сверкающий на раннем утреннем солнышке лысиной чародей. Был он постарше Рогволда и занимался в Корпусе Тринадцатой Стражи, насколько я уже понял, научными изысканиями. Слыл заядлым книжным червем и по слухам составлял какую-то энциклопедию, посвящённую классификации иномирных тварей. Однако при необходимости ветеран Стражи мог и за огненные молнии взяться.
— Рогволд успел мне сказать, что ты притягиваешь неприятности как магнит железо, сынок, — погладив гладко выбритый подбородок, Трофим едва ли не закружил вальс вокруг тел мертвых ищеек. Я с видом оскорблённой невинности посмотрел на дядю Игната. Ну вот, ещё подумает мой старый наставник чего плохое обо мне. Игнат же довольно скалился, словно иного и не ожидал услышать.
— С меня, кстати, бутылка, Бестужев, — с жадностью осматривая нюхачей, отстранённо пробормотал колдун. — Ты чего там пьёшь хоть? Пивко уважаешь?
Сержант тревожной команды гулко расхохотался, машинально ткнув меня бронированным кулачищем в плечо. Матюгнувшись, тут же отдернул руку. И неверяще уставился на меня, когда я, лишь чуток покачнувшись, дёрнул щекой. Ростоцкий, недоумевая, поднёс к лицу бронированную перчатку. Игнат, наблюдая за этой картиной, с преувеличенным пониманием и сочувствием произнес:
— Эх, служивый, а знал бы ты, какой твёрдости у него голова!
Я невольно ухмыльнулся.
— Дядь Игнат, вступай в наши ряды. Ты со своим казарменным юморком быстро и сержанта Корнедуба перещеголяешь!
Ростоцкий уже хохотал, не сдерживаясь. Я же, внезапно почувствовав, как напряглась спина замершего над трупами монстров чародея, опустился рядом с ним на корточки. Запах от мертвяков шел убийственный. Но я уже начал привыкать. Понимал, что подобного дерьма на своем ближайшем веку тут придётся ещё и понюхать и попробовать. Такова наша работа. Мы не на параде.
— Местные скоро подожгут эту тварь, — я кивнул на вытянутую, покрытую засохшей слизью тушу исполинской землеройки.
— Ее я уже и зарисовать успел, — усмехнулся колдун — Еще на подлёте увидел этого красавца во всех подробностях. Такую стать не спрячешь. Но я, с учетом своего опыта и знаний, не вижу в этом чудище чего-то прямо-таки особенного. Да, невероятных размеров, да, крайне отвратительная, но все же обычная иномирная тварь, наверняка рождённая в сферах, чуждых для нашего восприятия. Разумеется, и к ней я отнесусь с должным вниманием. Но это просто животное, монстр. Понимаешь, Бестужев? А вот эти голубчики…