– Проездом, – словно отвечает на несказанное он, скользя взглядом по залу. – Встреча рядом. Увидел вывеску, решил зайти, кофе выпить…
– Случайность, – киваю равнодушно.
– Да, – он поднимает глаза. – Случайность.
Тон – чужой, стеклянный. И всё равно под ним дрожит что-то живое, неприятно-острое. Обида? На меня? За что?
Дверь тихо скрипит – входит парень-курьер, машет мне, пристраивается у кассы. Я пробиваю заказ, принимаю оплату, передаю пакет. Всё это время ощущаю на себе взгляд Артура, как тёплую лампу – не обжигает, но высушивает до трещин.
– У тебя… – он как будто не может подобрать слово, – уютно.
– Мы стараемся, – произношу машинально.
Он кивает. На секунду кажется, что сейчас скажет что-то человеческое. Но не говорит. Поворачивает чашку, двигает блюдце – идеальная, правильная, ровная геометрия. Всё как всегда.
– Мам! – тоненький голос разрезает воздух. – Смотри!
Нина подбегает, прижимая к груди лист бумаги. Сердце падает – я успеваю обернуться, но поздно: она уже рядом со мной, под моим локтем, задрав голову ко мне, улыбается во весь рот.
– Это мы на облаке, – объясняет она серьёзно. – Мы летим над домиком!
– Нинуль, вернись, пожалуйста, за столик, – прошу мягко. – Дорисуй крышу.
– Но я хотела показать! – она только теперь замечает мужчину, и любопытство в её глазах вспыхивает мгновенно. – Здравствуйте. Я Нина.
– Здравствуй, – Артур отвечает после слишком долгой паузы. – Красиво рисуешь.
– Я тренируюсь, – сообщает Нина и, довольная похвалой, уносится обратно.
Я выдыхаю, как если бы вынырнула из воды, слишком долго задерживая дыхание. Артур провожает взглядом дочку и возвращается ко мне. В его глазах теперь не только холод – там что-то настороженное, почти болезненное.
– Это твоя дочь, – говорит без вопроса в голосе.
– Моя, – подтверждаю кивком. Голос звучит ровно, даже спокойнее, чем я ожидала. – Нина, – зачем-то повторяю имя, хотя дочка его уже называла.
– Сколько ей? – короткий, сухой вопрос, как выстрел.
Глава 6
– Пять лет, – отвечаю и делаю шаг в сторону кофемашины, делая вид, что мне срочно надо протереть панель. – Хочешь ещё чего-нибудь? У нас есть отличный домашний лимонад.
– Нет, спасибо, – он качает головой, но я вижу, всем телом чувствую, что внутри него как будто щёлкают зубчатые колёса счета. Отворачиваюсь, не давая себе задуматься об этом. Пусть считает. Ему ведь всё равно. Он говорил, что нужно «принять меры», если вдруг что. Ну, а я приняла свои меры!
Дверь опять звенит – заходят две постоянные покупательницы, молодые мамы. Одна с коляской, другая с переноской, здорово шумят, улыбаются мне: