– А ты что, забеременела? – он смотрит на меня с такой угрозой, что мне становится страшно.
– Нет, – невольно качаю головой, облизываю пересохшие губы.
– Вот и прекрасно, – кивает Артур. – А то бы пришлось… принимать меры.
«Прекрасно». «Принимать меры».
Желудок у меня сжимается, но я не показываю, насколько мне плохо и больно.
Нет. Не хватало ещё, чтобы он узнал и «принял меры»!
– Так, значит, здесь все документы и данные о деньгах, которые мне нужны? – поднимаю со стола папку.
– Всё верно, – мой жених… бывший жених кивает. – Можешь забрать у меня свои вещи, если тебе что-то нужно.
Закусываю щёку, чтобы не высказаться. Вещи? Зубную щётку? Тапочки? Халат? Какую-то минимальную одежду? Я не переезжала к Артуру, хоть и ночевала у него уже чаще, чем дома.
– Можешь выкинуть, – повожу плечом. – Мне от тебя ничего больше не нужно. Этого вполне достаточно, – приподнимаю папку.
– Как хочешь, – он поворачивается, кладёт на столик возле двери ключи от моей квартиры – те, которые я сама отдала ему.
И молча выходит. Без единого слова.
Глава 4
Шесть лет спустя
Утро начинается с запаха ванильных булочек.
– Мам, я сама! – Нина решительно стаскивает на себя фартук, который почти волочится по полу. – Я буду просеивать муку.
– Хорошо, – улыбаюсь я, поправляю ей завязки. – Только не высыпай всё сразу, ладно?
– Я аккуратно! – уверяет дочка и сразу же окутывается облаком белой пыли, чихает и весело смеётся.
Наше кафе-пекарня открывается в девять. За стойкой уже стоят первые клиенты – пенсионеры, которые приходят за свежим хлебом. Я приветливо киваю соседке Валентине Ивановне, она всегда берёт ржаной. Нина гордо ставит на прилавок корзинку с булочками.
– Это я делала! – сообщает она.
– Ох, тогда беру две, – улыбается Валентина Ивановна. – У тебя золотые руки, солнышко.
Днём в кафе шумно: молодые мамы приводят детей в уголок с игрушками, студенты заглядывают с ноутбуками. Я ношу подносы с пирогами, Нина подбегает то к стойке, то к ребятам в уголке.
– Мам, смотри, они хотят играть в магазин, – тянет меня за руку. – Можно я буду кассиром?
– Конечно. Только не забудь сдачу давать, – шучу, улыбаясь
В такие минуты мне кажется, что мы нашли свой островок счастья. Маленький город, своя пекарня, уютный ритм. Всё просто и спокойно.
После слов Артура об отмене свадьбы я уехала буквально на следующий день. Без слёз, без объяснений – просто собрала самое необходимое и закрыла за собой дверь. Мне не позвонил и не написал никто. Ни моя несостоявшаяся свекровь, ни сам Артур… Денег, которые лежали на счёте, хватило, чтобы купить маленький домик в провинции и открыть пекарню. Там, где меня никто не знал и не задавал лишних вопросов.