Но первое, что слышу от своего жениха, зашедшего в квартиру:
– Свадьбы не будет.
– Прости… что ты сказал? – качаю головой, растерянно глядя на Артура, вставшего в дверях.
– Ты меня услышала, Дина, – он слегка пожимает плечами.
Равнодушно. Так, как будто мы чужие друг другу. Проходит вперёд, чуть морщится, глядя на заваленный бумагами стол. Тут всё вперемешку – свадебные буклеты, списки гостей, шаблоны приглашений… их нужно разослать до завтра.
Но я сейчас ничего этого не вижу. Вижу только лицо любимого мужчины, внезапно ставшее чужим и холодным.
Что происходит?
– Вы всё-таки договорились? – неуверенно улыбаюсь. – И мы сможем отказаться от этой огромной церемонии с кучей гостей? Это же замечательно, дорогой, я как раз хотела тебе сказать…
– Мы не будем регистрировать наши отношения в принципе, – отрезает мой жених. – Ни с церемонией, ни без неё!
– Ты о чём? – мне вдруг становится холодно.
Прижимаю ладони к животу, как будто меня начинает тошнить. Хотя ещё не начало. Ещё рано.
– Ты ездила с моей матерью по тем местам, – прищуривается Артур. – Так? Ездила?
– Д-да, – киваю, сразу поняв, о чём он.
Маргарита Львовна почему-то считала, что мне обязательно надо проехать по «памятным и святым местам», которые были связаны с моими родителями и их общей дружбой. Я не возражала – что за проблема, в самом деле, ну хотелось ей, а мне несложно, зачем идти на конфликт.
– И общалась с юристами, – продолжает Артур сдавленно. – Бумаги подписывала.
– Ну… да, – отвожу глаза, мне неловко, я столько всего подписала за последние недели, что уже запуталась, а всё эта организация свадьбы…
– Понятно, – он зло усмехается.
Никогда я не видела у него на лице такого выражения. В горле у меня пересыхает.
– Артур, я ничего не понимаю, – встаю, ноги подкашиваются, но я упрямо выпрямляюсь, расправляю плечи. – Ты можешь объяснить? Что происходит вообще?
– Условия договора изменились, – мой жених окидывает меня холодным взглядом. – Совет директоров нашёл пару формальных приписок, которые делают наш брак необязательным. Твоя доля в денежном эквиваленте уже выделена и лежит на отдельном счёте, – кладёт на стол рядом со мной тонкую папку. – Здесь всё, что тебе необходимо. Так что ты теперь свободна. Можешь делать всё, что хочешь.
Покачнувшись, с трудом удерживаю равновесие.
То есть… все его слова о любви… всё было ложью?
Значение имел только договор?
– Вот как… – выговариваю непослушными губами. – И тебе всё равно?..
– Что мне «всё равно»? – прищуривается мужчина.
– Почему же ты был… неосторожен? – поднимаю на него взгляд. – А если бы я вдруг забеременела? – неосознанно задерживаю дыхание.