Но чаще молчало.
Лиара ценила это молчание.
Она поднялась, прошла к окну и раскрыла ставню. На улице моросил мелкий дождь. Элхорн серел под низкими облаками: кривые крыши, мокрые вывески, лужи в выбоинах мостовой, сонная собака у пекарни напротив. Из трубы соседнего дома тянулся дым. За рекой темнела линия леса, а дальше, за холмами, начиналась северная дорога.
Та самая, что вела к Черному Клыку.
Лиара смотрела на нее редко.
Сегодня посмотрела случайно.
И сразу пожалела.
На дороге появились всадники.
Не торговцы. Не пограничный дозор. Те ехали иначе: свободнее, грубее, с привычной усталостью людей, которые знают каждую яму на пути.
Эти держались ровно. Слишком ровно для обычных путников. Плащи темные, кони сытые, седла дорогие. Впереди — высокий мужчина под королевским синим знаменцем с серебряной полосой.
Лиара закрыла ставню.
Постояла несколько секунд.
Потом открыла снова.
Всадники не исчезли.
— Проклятье, — тихо сказала она.
Не громко. Не по-настоящему грубо. Просто слово упало в тишину и осталось лежать между полкой с настойками и столом для перевязок.
Через несколько минут в дверь постучали.
Не как стучали местные — локтем, кулаком, иногда сапогом, если обе руки заняты. Сухо. Официально. Три удара, пауза, еще один.
Лиара вытерла руки полотенцем, хотя они были чистыми.
— Открыто.
Дверь распахнулась.
Первым вошел мужчина лет пятидесяти в дорожном камзоле с королевской застежкой у горла. Влажные седые волосы были зачесаны назад, лицо — спокойное, служебно-невыразительное. Такие лица Лиара видела при дворе. На них не было жестокости. В них вообще ничего не было, кроме привычки исполнять чужую волю.
За ним вошли двое стражников.
Комната сразу стала тесной.
— Лиара Вейл? — спросил мужчина.
Она медленно сложила полотенце.
— Если вы ранены, садитесь. Если нет, не загораживайте дверь. У меня скоро придет женщина с ребенком.
Стражник слева дернул бровью. Посланник не изменился в лице.
— Я королевский уполномоченный Ридан Холт. Прибыл по приказу Его Величества короля Эйрдена.
Лиара молчала.
Она знала, что надо ответить. Формально. Правильно. Склонить голову, произнести положенные слова о чести королевского внимания.
Но ее внимание зацепилось за другое.
За кожаный тубус в руке Холта.
Черный, с синей лентой и тяжелой восковой печатью.
Королевская печать.
Лиара почувствовала, как старый зверь под ребрами открыл глаза.
— Чем обязана короне? — спросила она.
— Вам надлежит ознакомиться с документом.
— Надлежит?
— Да.
Он протянул тубус.
Лиара не взяла.
— Вы можете сказать словами.
— Могу, но документ должен быть передан лично вам.