Мужчины уселись. Таверна зашумела: пришли и люди с тракта — уже не шептаться о “ведьме”, а заказывать хлеб и чай, потому что тут было тепло и без сюрпризов.
Мара ходила между столами и собирала квитанции так гордо, будто это не бумажки, а медали.
Рыжий бегал с подносом — уже не бледный, а азартный, и каждый раз, когда кто-то платил, он смотрел на кассу с уважением, как на святыню.
Грон стоял у двери и смотрел так, что даже самые смелые не хотели проверять замки на прочность.
Кайрэн пришёл позже — без шума, как всегда. Лада почувствовала его ещё до того, как увидела: воздух стал плотнее, теплее.
Он остановился у стойки и тихо спросил:
— Ты устала?
— Я работаю, — автоматически ответила Лада. Потом подняла глаза и добавила, уже честнее: — Да.
Кайрэн посмотрел на зал: на смех, на хлеб, на огонь, обычный, человеческий.
— Ты сделала дом, — сказал он тихо.
Лада фыркнула:
— Я сделала прибыль.
— Ты сделала людей, — поправил он.
Лада хотела огрызнуться — и не стала. Потому что теперь знала цену “людей”.
— И что дальше? — спросила она, прикрывая ладонью обруч на запястье, будто он мог услышать.
Кайрэн наклонился чуть ближе.
— Дальше ты перестанешь делать вид, что мы “играем”, — сказал он очень тихо.
Лада замерла.
— Мы…
— Ты сказала “навсегда”, — перебил Кайрэн. — Это услышала печать. Это услышал Дом. Это услышал я.
Лада выдохнула:
— Я сказала это, чтобы закрыть белый огонь.
— И чтобы остаться, — сказал Кайрэн. — Ты могла выбрать иначе.
Лада опустила взгляд на кассу, как будто там было легче дышать.
— Я выбрала, — сказала она.
— Тогда скажи мне, — тихо попросил Кайрэн, и это “попросил” было страшнее приказа, — что ты выбрала не только камень.
Лада подняла глаза. В янтаре было не золото власти — там была усталость и страх потери, знакомый ей уже слишком хорошо.
— Я выбрала… — она сглотнула, — чтобы меня не вырвали обратно в пустоту. Я выбрала… — голос дрогнул, и она тут же разозлилась на себя, — чтобы этот мир перестал быть “временным”.
Кайрэн чуть приблизился.
— И я? — спросил он тихо.
Лада сжала губы.
— Вы — часть условий, — сказала она быстро, спасаясь привычной формулировкой.
Кайрэн коротко усмехнулся, но в этом смехе была боль.
— Тогда подпишем условия, — сказал он.
— Какие ещё условия? — Лада вспыхнула.
Кайрэн протянул ей тонкую пластину — не советскую бумагу и не городской свиток. Домовскую. Тёплую.
— Условия союза, — сказал он. — Не “огненный термин”. Не “для города”. Для нас.
Лада взяла пластину и увидела всего две строки.
«Хозяйка признаёт лорда своим партнёром по дому.
Лорд признаёт хозяйку своей равной по огню».
Лада подняла взгляд: