— Пафоса убавь! — перебила его Деметра. — Я не собираюсь вызывать ее сюда. Наоборот, я хочу, чтобы ты удержал Персефону дома — до тех пор, пока это безумие вокруг не уляжется. Если нужно, я подпишу с тобой новый договор.
Аид озадаченно нахмурился.
— Но, тогда как?..
— Только не говори, что для того, чтобы навестить свою дочь, твоя теща должна умереть, — нахмурилась в ответ Деметра.
Аид развел руками.
— Но… Постой, ты ведь не можешь войти в мое царство!..
— Кто сказал? Зевс? Совет? Или Чаша нашептала?
— Это прямо сейчас мне говорит здравый смысл! Как олицетворение жизни войдет в юдоль смерти?
Деметра фыркнула.
— Да полно тебе. Прямо сейчас в утробе твоей жены растет куда большее противоречие. Кого это волнует? Плевать на правила. Вокруг идет война, мой любовник — кровный враг Зевса, узлы затягиваются все крепче, а всеобщий маразм становится все гуще. И я хочу просто обнять свою беременную дочь и выпить с зятем, которого всю жизнь считала козлом.
Лицо Аида посветлело.
— Рад слышать. В смысле не про козла, а все остальное. Это… заслуживает уважения. Что ж, хорошо. Пусть будет так, как ты хочешь.
Он плавно опустился на землю, и следом за ним потащилось и красное облако. Аид подождал, пока оно соберется красочным пятном у него за спиной, а потом протянул руку — и открыл в облаке проход, будто невидимую дверь потянул за ручку.
— Ни к чему вне дворца не прикасаться, не умиляться, никого не жалеть, не исцелять и не оживлять, — строго перечислил он Деметре правила посещения тематического парка смерти.
— Поняла, — буркнула Демка.
— Чудесно, — кивнул Аид. — Тогда — добро пожаловать. И кстати… а кто тот несчастный, которого угораздило стать твоим любовником?..
Срочная доставка по-харонски
Вопрос Аида прозвучал для меня неожиданно.
Почему-то мне казалось, что с тех пор, как Деметра объявила вслух о наших отношениях, эта новость разлетелась по всему божественному миру.
И, судя по озадаченному взгляду Демки, устремленному на зятя, она тоже так думала.
А ведь можно было не трогать эту тему, от слова совсем. Кто знает, как Персефона отнесется к новому парню ее маменьки? И не помешает ли это нам.
Ладно бы она уже все это перекипела и переосмыслила. Но тут-то получается прямо по свежаку!
Я кашлянул.
Ну теперь-то уж чего. Сказали «а», надо говорить «бэ».
— Ну… вообще-то это я.
Лицо Аида дрогнуло.
Он медленно повернулся и уставился на меня. Недоверчивое офигение, крупными буквами проступившее у него на лбу, заставило меня еще раз подтвердить:
— Да, именно так.
Повелитель мертвых с глубоким сожалением вздохнул. И со скорбным видом положил руку мне на плечо.