Я хмыкнул.
— Однако. А вообще, откуда взялось такое дебильное название — «Дом юношей»? Почему не «Дом воинов»? Или там, скажем, «Дом мужиков»? А что. «Мужицкий дом» — отлично же звучит!
Лёха фыркнул.
— Здесь тебе не барская усадьба, а приличное аристократическое учебное заведение. И воинами ученики становились не раньше, чем покидали эти стены.
— Ну, может оно и так, но все равно какой-то педофилией от этого наименования попахивает. Типа дом призрения, публичный дом, дом юношей…
В обломках я приметил что-то блестящее, и, присев, поднял из пыли довольно крупную серебристую подвеску в форме полумесяца. С одной стороны она была абсолютно гладкой, а на другой стороне вся поверхность изделия была испещрена рядами крошечных символов, значения которых я не знал.
— А вот и луну подвезли. Правда, не голубую, — хмыкнул я. И, положив подвеску в карман к кольцу, двинулся дальше.
Ловить в проходных комнатах, похоже, было нечего. Но должна же здесь быть учебная комната там, или библиотека. Не зря ведь Первая сказала, что в этих развалинах много чего осталось. Где-то же это «много» должно лежать?
Я шел по коридору прямо к участку без крыши, мимо сплетенного паучьего гамака, осторожно перешагивая через крупные обломки обвалившейся кровли.
— И раз ты у нас такой просвещенный, скажи — у этих воспитательных домов, наверное, и подвалы должны были иметься? — спросил я у Лёхи. — Где-то же хранили еду, оружие…
С этими словами я осторожно наступил на пол промеж двух корявых глыбин…
Под моей ногой что-то хрустнуло. Опора ушла из-под подошвы, земля качнулась сильней обычного.
— А-ааа! — только и успел проорать я, теряя равновесие.
Меня сдернуло вниз, в кромешную пыльную тьму.
В голове мелькнуло: кирдык. Все, отбегался Даня. Придется красавице Нике искать себе другого, более толкового хозяина…
Но, как ни странно, в следующую секунду я не убился насмерть.
От удара тьма странно отпружинила, монеты из карманов со звоном рассыпались в черной глубине. Меня слегка подкинуло вверх, потом снова ударило в невидимую упругую стену, и только тогда до меня дошло, что это паучий гамак.
— Лёха, подсвети? — попросил я, наугад хватаясь руками за плотную сеть.
Некромант добавил мощности освещения, и я смог немного осмотреться.
Я висел под потолком огромного глубокого подвала. И пролома, через который только что сюда попал, видно не было — вероятно, на самом деле все случилось не из-за обвалившегося пола, а потому что я попал ногой в какой-то прикрытый иллюзией спуск.
Внизу виднелись сундуки, сломанные стойки для оружия и доспехов, грубые ящики и разбитые бочонки. И золотые монеты, высыпавшиеся из моих карманов при падении.