Маутянка!
Дверца за мной предательски хлопнула, отрезав от коридора. По защитному экрану на стене прошла рябь. Островитянка нервно обернулась, опрокинув со стола несколько кристаллов и свернутых пергаментов.
— Ш-ш-ш?
В ее шипении мне почудилось возмущенное «Да какого гхарра⁈».
— Опять ты? — я ткнула руки в бока и распрямилась. Против магии Маути мне, конечно, не выстоять, но резерв мой уже сочился. И требовал хоть как-то себя применить по назначению.
Голова едва соображала. Что может девица из партэля забыть в учебном зале для магических практик? У нее йоргены закончились? Не то место, которое стоит обворовывать, ей Варху.
Она приходила в академию к кому-то другому? Тогда не искала бы клиента в кабинете Райса. Девица ждала магистра, уверенная, что без нее он не переживет откат? Я недостаточно ясно выразилась, что ее пяточными «методиками» он лечиться больше не будет?
Пока я перекидывала в уме версии, маутянка резко отдернула штору и выпрыгнула в окно. Только ставня скрипнула да ветер обиженно взвыл. Гхаррова бездна! Вот как нужно убегать, Лисси.
Накрепко закрыв за ней створку, я с усталым вздохом уселась в кресло Райса. Покрутилась перед столом, обозревая бардак, устроенный мелко-пяточной. Но все вещи будто бы остались на месте, как при ночном собрании природников. Кристаллы, золотая пыль, сшиватель Граймса, гребень мисс Донован, моя заколка…
Набив карманы преподавательским «барахлом», я отправилась обратно к целителю. Выторговывать себе его «великодушное молчание».
Кейр Райс
Магистр приблизился к двери своего кабинета, задумчиво постучал пальцами о косяк и… решительно развернулся. Имелся в академии еще один человек, способный разобрать диковинный символ на странице с ритуалом. И как Райс умудрился забыть о старике Мюблиуме? Тот в последние месяцы душевно хворал и почти не появлялся на собраниях у нового ректора.
Проложив мысленно путь к кабинету Финиуса и прикинув расстояние до своего логова, Кейр пришел к выводу, что вполне может позволить себе небольшое путешествие. Профессор «Защиты от проклятий» хоть и не совсем в себе, но даже в таком состоянии соображает получше многих.
Но стоило Райсу сделать шаг, как из-за поворота показалась взлохмаченная голова мисс Хендрик. Вчера, совершенно пунцовая, она расспрашивала магистра о своей расческе. С кварцевой инкрустацией. А он, признаться, с трудом мог вспомнить, была ли та среди ритуального барахла.
— Вы за расческой, Эльза? — Кейр вновь потянулся к дверной ручке, собираясь одним махом покончить с неловкостью. Не его дело, что голые коленки «теоретички» забыли в частном доме циничного целителя.