Райс давно смирился, что магическая медицина ему почти не помогает. Что с откатами приходится бороться нетрадиционными и не всегда пристойными методами. Но то, с чем он столкнулся сейчас… Пожалуй, все же требовало консультации.
Он до сих пор чувствовал себя дурно. Вот с самого массажа Маути, набившего его живот раскаленными кирпичами, и с обнаружения кружевного поплавка и чувствовал…
— Вархова бездна, что с вашим носом, Райс? — на пороге застряло заспанное лицо Граймса.
Не так далеко потерялся док, как рассчитывал Джонас.
— Уймитесь… и уберите от меня… эти ваши… — зажмурился магистр, отмахиваясь от целителя, задумавшего очередную диагностику.
Едва проснувшемуся Граймсу в руки лучше не даваться, это всякий студент знает. А Кейр и без того еле пережил эту ночь. И утро. И… последний час выдался особо паршивым, мда.
— Эти наши? — возмутился док. — Вы разве не за помощью явились в такую рань? На мою личную территорию, между прочим… называемую домом…
— Уже давно не «рань», Альвар, — прохрипел магистр, глазами указывая на сияющий Звездносвод.
Граймс вынуждал топтаться на пороге, не выказывая ни малейшего желания пригласить гостя в дом.
— И что же привело вас в такую не-рань ко мне на лужайку, мой драгоценный? — язвительно протянул целитель, украдкой расправляя в пальцах очередной золотой пульсар.
Ну нет, добровольно Райс на это не пойдет! Вчерашнего «массажа» от рыжей беглянки за глаза хватило.
— Одна квахарка ночью вывалилась в наше болото… — безотрывно следя за длинными пальцами Альвара, пробормотал магистр. И, едва они прищелкнули, увернулся от сброшенного плетения влево.
— На болотах водятся исключительно крикетки, — едко процедил Граймс, озираясь по сторонам. — А квахаркам место на насестах анжарских ферм, разве не так? Давайте еще разок, Кейр. Так кто вывалился?
— Девица полуголая в кружевном сраме. Иномирянка, — отмахнулся Райс и отступил на шаг назад. Подальше от настырных пальцев, выводящих новую ажурную вязь целительных рун.
Внутри дома привиделось шевеление, и магистр бросил быстрый взгляд на лестницу. Секунды хватило, чтобы приметить две в ужасе отпрыгнувшие коленки. И пучок знакомых русых «квахаров», скрывшийся за дверью спальни.
В гудящую голову стали закрадываться самые безрадостные мысли. Что, если ритуал бездарей-природников, призывающий чувства, все-таки удался?
Иных причин для «квахаров», прячущихся в спальне Граймса, Райс не находил. Лохматая голова могла принадлежать только Эльзе Хендрик, но они с Альваром на дух друг друга не переносят… Поправка: еще вчера не переносили. И Хитанская «любовь» Алиссы заявилась ночью в палату совершенно некстати…