— О, обожаю мужчин с секретами! — она облизнула губы, жест рассчитанный на эффект. — Они такие… интригующие.
Я разлил вино. Местное игристое весьма достойное. В бокале поднимались мелкие пузырьки, создавая золотистый туман.
— За встречу, — предложил тост, — но я так до сих пор и не услышал, по какому поводу мы встречаемся?
— О, — Аглая отпила, оставляя на краю бокала след помады, — я кое-что узнала. Совсем чуть-чуть, крохи информации, но для начала…
Она замолчала, глядя на меня через край бокала. Ждала торга, комплиментов, уговоров. Стандартная игра: растянуть удовольствие, набить цену.
Я молча взял устрицу, выдавил лимон, отправил в рот. Солёная свежесть моря, кислота цитруса, скользкая текстура. Идеально. Взял вторую.
— Вкусно, — констатировал. — Жаль, что за них придётся платить вам.
Аглая моргнула.
— Что?
— Пятьсот рублей, ужин на двоих в приватной беседке. Если информация не стоит этой суммы, счёт ваш. Таковы правила честной торговли.
В её глазах мелькнуло уважение. И азарт. Она выпрямилась, отбросила кокетство как ненужную маску.
— Вы умеете мотивировать женщину, — она отложила веер, наклонилась ближе. — Хорошо. Без игр. Мергель и Лазурин в сговоре. Производят воду на официально закрытых заводах.
Воздух в беседке стал плотнее. Снаружи кто-то рассмеялся — женский голос, пьяный и счастливый.
— Откуда информация?
— Лазурин говорил по чарофону при мне. С самим Мергелем. — Аглая взяла тост с фуа-гра, откусила крошечный кусочек. — Женщин вроде меня не стесняются. Считают чем-то вроде мебели. Красивой, дорогой, но мебели.
Знакомое отношение. В прошлой жизни видел таких вельмож. Обсуждали государственные тайны при служанках, потом удивлялись, откуда утечки.
— Что именно он говорил?
— Оправдывался, а Мергель кричал, слышно было даже через трубку, — Аглая прищурилась, вспоминая. — Валентин жаловался, что покупатели пошли дотошные, требуют документы и печати.
— Вспоминайте подробнее, от этого напрямую зависит ваш гонорар.
— Я стараюсь, — огрызнулась она и снова задумалась. — Говорили про завод в Синявино. Про то, что его официально закрыли. Так вот, завод закрыли только на бумаге. Мергель выкупил их через подставных лиц. Теперь там производят воду без всякого контроля. Лепят официальные печати, подделывают документы.
— Какие именно заводы?
— Главный в Синявино. Есть ещё два поменьше, но Синявино основной.
Синявино. Память кольнула острой иглой. Человек в тёмном плаще сходил там с «Ласточки». Капля украла у него пробирку. Пробирку с сотнями искажённых элементалей.
Неужели завод закрыли не просто так? У того типа была еще одна пробирка? Или цели достиг следующий посланник? В любом случае источник оказался заражён, а завод куплен.