Ребята снова засмеялись, но в их шутке была горьковатая правда. Мои успехи в магии были, мягко говоря, нестабильны. А работа с монстрами, несмотря на всю её опасность, была единственным делом, где я хоть что-то да мог. И меня это откровенно беспокоило. Стать вечным уборщиком за магическим зверьём — не та судьба, о которой я мечтал, попадая в этот мир.
После обеда друзья ушли на занятия, а я остался, бесцельно ковыряя вилкой остатки еды. И тут наконец загорелся экран коммуникатора.
Лана: Я занималась сюрпризом. Потому пришлось уехать из академии на время. К 18:00 будь у входа на территорию академии.
Я перечитал сообщение. Ни единого намёка на вчерашнее, ни упрёка, ни вопроса, где я пропадал. Только деловая констатация факта и чёткое указание. Это было… необычно.
Хм. Сюрприз. А что именно она решила мне приготовить? Любопытно, — промелькнуло у меня в голове, пока я отправлялся в свою комнату, чтобы хоть как-то убить время до шести. Предчувствие шептало, что этот сюрприз может оказаться куда грандиознее, чем новая книга по магии или редкий ингредиент для зелья. С Ланой Блад скучно не бывало никогда.
Я сидел на кровати, сжимая виски пальцами, будто пытаясь физически выдавить из черепа обрывки памяти. Вчерашний вечер упорно не хотел складываться в картину. Словно кто-то взял плёнку и безжалостно испортил её, оставив лишь отдельные, самые нелепые кадры.
Вот он, самый яркий всплеск: тёмная ниша за тяжелым занавесом, где-то в боковом коридоре. Лана. Её тело прижато к моему, губы жадно ищут мои, её руки под моей рубашкой, мои — на её бёдрах, задирая подол её короткого платья. Дыхание сбилось, сердце колотилось где-то в горле, волна животного возбуждения накрыла с головой. Мы уже почти… ещё пара секунд, и мы бы занялись этим прямо здесь, в двух шагах от грохочущего зала, где вовсю веселились сотни студентов.
И вдруг — всё замирает. Не гром, не окрик. Просто… ощущение ледяного присутствия. Мы разрываем поцелуй и видим её. Мадам Кассандра Вейн. Стоит в полумраке, словно возникла из самой тени, и смотрит на нас с ленивым, почти сонным интересом, как на забавных букашек.
Точного диалога я не помнил. Помнил лишь чувство леденящего стыда и её голос, спокойный и властный. Она что-то сказала о «неуместности» и «распорядке». А потом… да, именно тогда она сказала про работу. Что-то о том, что я могу быть свободен от ежедневной явки. Что оплату могу получать раз в неделю, по пятницам, если… если что? Условие выпало. И ещё… она вроде искала Зака. Спросила, не видел ли я его. А дальше… снова чёрная дыра. Как будто кто-то вырубил свет.