— Так дело не пойдет! — решительно заявил Стакер следующим утром. — Сарр Клименсе, поездку в Гладстуар придется отложить до того момента, когда вы сможете ее пережить. Послать человека за леди Сантрой?
— Курт, если вам нужна причина с ней встретиться, будьте добры, найдите себе какую-нибудь другую, — забавно было увидеть на его лице смущение. Особенно в той связи, что впервые.
— Я настаиваю, сарр Клименсе, чтобы какое-то время вы провели в постели! — Курт справился с эмоциями быстро. — Ровно столько, чтобы своей бледностью перестали походить на привидение!
— Не смею вам перечить, — согласие далось легко. Ведь только мысль о том, что придется взбираться на лошадь, вызывала приступ головокружения.
Все мы живем мечтами. Очередная из них растаяла для меня, когда я понял — шансов приехать в Гладстуар раньше Аннеты, чтобы увидеть в ее глазах радость от нашей нежданной встречи, не осталось ни одного.
Глава семнадцатая
За время пути в Гладстуар запомнились два события. Первое из них — встреча с дезертирами.
Понять психологию этих людей несложно. Когда выбор встает между моральными ценностями и собственной жизнью, дрогнуть может любой. Ведь кто мы, если не сплошь исключительные личности? А таким умирать нельзя, потому что мир без нас рухнет. В этом все мы одинаковы, других нет, и никогда не будет. Даже среди тех, кто никогда над этим не задумывался и потому не осознает. Это и называется гордыней.
Предстояло сражение, чей исход легко предсказуем — армия Ландаргии потерпит сокрушительное поражение. Не имелось у нас ни единого довода, который позволил бы думать иначе. Количество солдат, пушек, выучка, опыт сражений, среди которых нет проигранных, как следствие, моральный дух — все было на стороне Аугуста. И мы приготовились умереть. Кто-то исполняя свой долг, другие по той причине, что им не хватило смелости дезертировать. Ведь это тоже, пусть и презираемый, но поступок, для которого нужен характер.
Логика у них была проста — главное, выжить сейчас. Не быть зарубленным саблей, застреленным пулей, проткнутым насквозь штыком, разорванным в клочья пушечным ядром, посеченным картечью, затоптанным копытами вражеской конницы или ногами охваченных паникой своих же однополчан. А когда победит Аугуст, какое будет до них дело⁈
Как зачастую происходит, все решил случай. На придорожной станции Стаккеру повстречался человек, который клятвенно уверял, что знает путь напрямик через отрог Джамангры, и он позволит сэкономить время. Когда Курт сообщил, я даже не раздумывал: четырнадцать опытных, необремененных поклажей всадников не должны испытать никаких проблем.