— Кыш! Кыш?
— Э, парень, ты чего? — насупился Гай, но в следующую секунду зверек вылетел из зарослей и ловко вскарабкался мне на плечо. Кто-то удивленно присвистнул, кто-то засмеялся, у Гая дернулся уголок губ, сложившихся в кривую улыбку.
— Это что, йурр?
— Да, он со мной, — ответил я, поглаживая дрожащего огородника.
— Приручил, что ли? — хрипло рассмеялась девушка.
— Типа того.
— Ладно, разберемся! — сказал Гай. — Времени мало! Грай, ты самый худенький, бери новичка вторым номером и погнали!
У черных ездовых быков имелось длинное двойное седло и туго набитые тюки по обеим бокам. На местном эти животные назывались тауро и не содержали Звездную Кровь. Вцепившись в протянутую руку, я взобрался на спину и вцепился в пояс впереди сидящего — молодого, лет семнадцати-восемнадцати темноволосого парня с прической, похожей на воронье гнездо.
А в следующую секунду мы тронулись. Никто не собирался интересоваться, умею ли я ездить верхом, или показывать, как и за что держаться, — оставалось учиться на ходу, чтобы не свалиться на скорости под копыта скачущим следом!
Лес, затем каменистый берег реки, где мы повернули и поскакали вниз по течению. Ящеры Гая и Марка шли впереди, они были быстрее и проворнее, однако черные тауро, несмотря на внешнюю неповоротливость, тоже оказались отнюдь не улитками. Выстроившись цепочкой, они легко и скоро бежали рысью, только пыль и камни летели из-под копыт!
Мелькали скалы, деревья, горная река внизу. Ее русло то сужалось, превращаясь в бурлящую стремнину или срываясь с уступов грохочущим водопадом, то вновь разливалось широким потоком среди множества валунов. На противоположном берегу скалистые кручи постепенно сходили на нет, превращаясь в высокий откос, сплошь заросший цепкими хвойниками. Парень впереди что-то кричал, но шум воды заглушал все звуки, да и озабочен я был исключительно сохранением равновесия и тем, чтобы ненароком не потерять Кыша, больно вцепившегося мне в шею.
За очередным поворотом отряд резко затормозил и остановился. Я увидел уходящий вниз склон — достаточно пологий, чтобы животные могли спуститься, не переломав ноги, и нечто вроде такого же подъема с противоположной стороны. Лес здесь подступал вплотную к речке, а она разливалась, образуя множество каменистых отмелей и проток глубиной не более чем по пояс. Видимо, это и был брод.
Гай что-то крикнул, и люди начали спешиваться, беря животных под уздцы. Брод, видимо, нужно было переходить пешим ходом — слишком много камней и ям, наполненных водой.
Но перейти нам не дали.