– Посмотрим, во сколько оборотов планеты уложимся, так чтобы не выходить из безопасной теневой зоны. – Фил Дин рассылал приказы. – Будем работать плазменными пушками и узконаправленной взрывчаткой.
– Придется продумать систему отвода талой воды по мере прокладывания пути. В воде от плазмы нет толку, – нахмурился Дикксон. – Как только шаттлы пробьют сквозное отверстие, тоннель заполнится водой. Выход тоже придется доработать взрывчаткой.
– Спецов и планетологов ждут жаркие дни. Поставлю для этой задачи самых опытных, – лейтенант-коммандер уже распределял команду. – А на эвакуации потренируем новичков.
– Приступаем, – дал отмашку Дикксон.
Последние пять дней «Страж Небес» гудел как улей. На данный момент миссию нельзя было назвать завершенной, но события развивались благоприятно, мы подобрались к своей цели, как никогда близко.
За такой короткий срок сделали почти невозможное. Как только «Страж Небес» встал на орбиту Стефи 111е – к поверхности спустили разведывательные зонды. Получив уточненные данные, поочередно работая с десантных шаттлов, спецы с геологами проделали тоннель к океану. Протяженность ледяного перехода составила четырнадцать километров. Справиться быстрее было невозможно, и так не пропускали ни один час, находясь на теневой стороне планеты. На крейсере же работа шла без перерывов.
Все дни мы продолжали ловить передачу от Риккона Каса, она оставалась неизменной. Но трансляции со «Стража» пока оставались без ответа.
Закончив с работами над тоннелем, с шаттлов запустили зонды в океан и все были возвращены на крейсер.
Ждать пришлось недолго, на связь вышел экипаж «Звездных гончих». Брат Дикксона действительно был жив, как и большая часть астронавтов. Кто-то погиб в результате аварии, а кто-то позднее, в течение десяти лет. Теперь в экипаже «Гончих» значилось в живых четыреста пятьдесят семь человек, а умерших – шестьдесят три. Учитывая все обстоятельства, наверное, такую статистику можно было назвать удачей, но у меня не выходило. Жена Энзо Перриса тоже была в порядке. Узнав об этом, Дикксон назначил Энзо медиком в группу эвакуации на первый «Грифон».
Много выяснить не удалось, связь снова прервалась.
Следующие часы были самыми долгими. Нам пришлось снова ждать оборота планеты 111е, чтобы связь вернулась и мы могли начать спуск.
Едва тоннель погрузился в темноту – первый десантный шаттл стартовал из транспортного отсека крейсера.
– Включаем радиационную защиту, – оповестил Дикксон.
Я в составе экипажа второго шаттла застыла в ожидании, уставившись в экран, на него транслировалась передача с первого шаттла. Замерзшая поверхность приближалась.