– Боже! – воскликнула, едва не согнувшись пополам, хватаясь за мужской затылок. Оказывается, то, что Надеждин вытворял пальцами, было чем–то вроде ознакомительного фрагмента.
Обжигающе горячее мужское дыхание, наглый язык, который рисовал зигзаги, спиральки и китайский алфавит на моем, прости Господи, клиторе, буквально сводили с ума, заставляя стонать в голос.
Я теряла себя в этих ощущения. И лишь теперь понимала, что значило выражение “течная сучка”, когда сама стала такой – так сильно хотела блондина.
Сердце вырывалось из груди, мой рассудок балансировал на грани между явью и обмороком, тело пробивала мелкая дрожь, а все мои ощущения сосредоточились там, где гулял мужской язык.
В какой–то момент меня это даже начало пугать, а еще будто захотелось в туалет.
– Максим, я… – попробовала оттолкнуть от себя мужчину, но он лишь усилил напор. – Боже! – сорвалось с моих губ, когда коленки подогнулись, а я и физически, и эмоционально куда–то падала.
Глава 17
Руки, сильные и крепкие, не дали мне упасть. Позволив полностью отдаться моменту, Макс, придерживая меня, медленно поднялся во весь рост.
Меня распирало от послевкусия первого в жизни оргазма. Книги не врали, это не спутать ни с чем на свете. Хотелось плакать, смеяться и… спать. Силы внезапно начали покидать меня.
– Не так быстро, – усмехнулся невозможный мужчина, и… приподняв мой подбородок, жадно впился в губы. С той же страстью, с которой только что ласкал меня. Там. Так странно ощущать на языке собственный, чуть кисловатый привкус.
Однако, было в этом что–то настолько дикое, что новая волна возбуждения отозвалась небывалым приливом сил. И как раз в этот момент в мою ладошку, которую держала мужская лапища, толкнулся… член.
Мы что, прямо здесь будем?! И, словно в ответ на мой незаданный вопрос, мою руку сжали вокруг возбужденного полового органа. И Надеждин толкнулся еще раз. И еще.
Будто каким–то устройством, блондин манипулировал моей ладонью, обучая, направляя, как сделать ему приятно. И все это не разрывая поцелуй.
Надо признать, что глухие порыкивания мне в рот, завели ничуть не хуже игрищ наглого языка на моем клиторе. Стало невыносимо от томительного ожидания, когда же я смогу по–настоящему познакомиться с членом, так сказать.
Но, видимо, рандеву “девочки” с “мальчиком” откладывалось, так как толкнувшись очередной раз в мою ладонь, Максим замер, ощутимо прикусив мою губу, а затем, с каким-то непонятным шипением, фактически вырвал свой член и направил мне на живот. В ту же секунду на мою кожу полетели теплые плотные капли.