— Вы голодны? Угощайтесь, прошу вас, — проговорила она.
Стол ломился от яств, и запахи были умопомрачительные. Я сверился с картой и произнёс:
— Мне нужно кое-что вам показать.
— Это срочно? У вас был тяжёлый день, мне не хотелось бы нагружать вас сильно.
— Боюсь, что да. Есть вероятность прорыва энергетического контура. Ваши генераторы у северной тюрьмы наводят помехи, и решётка материи нестабильна. Сложно словами объяснить, давайте покажу.
Она тронула пухлыми губами бокал, не сводя с меня взгляда. Сделала глоток.
— Мне приятно, что к своей работе вы относитесь так серьёзно. Несмотря на условия, в которых мы оказались. Жаль, что мне не удалось завоевать ваше доверие. Но уже через три дня я исполню своё обещание и отпущу вас.
Я улыбнулся. Ну да, отпустит. И сто революционеров с той стороны тоже отпустят. Просто так.
— Что же… Давайте, посмотрим, — она допила вино и грациозно поднялась из-за стола.
Я хранил дьявольское спокойствие, контролируя карту и перемещения на ней. Пересменка начнётся через полчаса. Должны успеть. Когда мы вышли на улицу, то к нам подъехал бронированный автомобиль охраны Альфы. Алиса на миг задержалась у двери, проводив меня взглядом, а после скрылась в салоне.
Место я подобрал заранее. Оно прекрасно подходило под мою цель. Огромные дизельные генераторы тарахтели в ста метрах от занесённой снегом глухой улочки. Слева здание тюрьмы, справа — заброшенное промышленное строение. Правда, в здравом уме в такой закуток никто в одиночку не пойдёт.
Каменская пошла, однако оставила свою охрану у входа. С нами в тупик проследовал ехидный Каускас. Посреди снега водник был ещё сильнее, так что с таким охранником Альфу ничего не беспокоило. Я поглядывал на плешивого латыша-литовца, раскачивая Тёмного Скульптора. Творческое альтер-эго хваталось за образы, пробуждаясь всё сильнее. У меня в груди защекотало.
— Здесь, видите? — показал я, когда мы прошли достаточно далеко от выхода. Да, немного наивно, но Алиса была слишком уверена в своей власти, а мне нужно было выиграть несколько секунд. Каменская двигалась следом, осторожно хмурясь. Наконец, она остановилась. У меня к горлу подкатил комок, но я продолжил кормить Скульптора видениями какой классной может получиться статуя из плешивого водника. Внутренний демон рвался наружу. Но ещё не всё было готово.
Рядом со мной возник молчаливый виртуальный помощник берёзняковского Конструкта. Пересменка охраны тюрьмы началась. Сдерживать Баженова становилось всё труднее.
— Михаил Иванович, мне кажется, вы что-то задумали, — насторожилась Альфа. — Мне казалось, что у нас было выстроено доверие, разве нет?