Глаза у Витола были уже совершенно змеиные, жёлтые, с тонкой плёночкой третьего века в дополнение к обычному. Узор жёлто-коричневой, песчаного цвета чешуи покрывал лоб, виски, нижнюю челюсть; брови целиком состояли из мелких золотисто-коричневых пёрышек. Светлые, совсем как у Келя, коротко подстриженные волосы кое-где серебрились пежинами — поседел он своеобразно, не целиком и неравномерно. Среднего роста, сухой и жилистый, одет неприметно и удобно — высокие ботинки, плотные тёмные штаны, серый свитер с геометрическим узором.
Если немного отрешиться от цвета и большего змееобразия, несложно заметить семейное сходство — и с сыном, и с обоими внуками. Но больше всего с Кергалом, тот оказался почти копией деда.
— Вот ты, значит, какая, — нарушил молчание змей. — Ну Аспис себе не изменяет, хороша. А если ещё подкрасить и приодеть — то вообще ух какая! Не удивительно, что клюнул.
— Вы пришли предложить мне услуги портного и парикмахера? — вежливо удивилась я, хотя уже стало понятно: пришёл он ругаться. — Благодарю, но меня и так всё устраивает.
— Ах да, госпоже змеелову форма привычнее, — ухмыльнулся старик.
— В ней, определённо, удобнее, но так тоже неплохо, — я пожала плечами. — Давайте уже к делу, вы зачем пришли? Не обсудить же мои предпочтения в одежде, верно!
— Что тебе нужно от Асписа? — кажется, предложение говорить прямо змей принял с некоторым облегчением. — Мало ему вашей братии, недостаточно крови попортили?
— При всём моём уважении это наше с Асписом дело — что и кому из нас от кого надо, — ровно отозвалась я.
Претензии и тон мужчины, как ни странно, совершенно не раздражали, даже немного забавляли. Какие новые и необычные ощущения… Конечно, особого разнообразия в моей личной жизни никогда не было, и про опыт вообще говорить глупо, но что-то подсказывает: отец жениха, закатывающий невесте истерику, это не совсем по канонам.
— Твоё-то твоё, но лечить его потом мне!
— А вам приходилось его лечить? — я нахмурилась. Однако это новость, о таком Аспис не упоминал. Впрочем, о чём я, не стал бы он мне жаловаться!
— Так он и дался, — скривился змей. — Да только наблюдать за этим живым трупом тоже то ещё удовольствие!
Я мгновение помолчала, оценивая сказанное. Да, наше с Асписом расставание ударило по обоим, и наверняка мужчина не так уж легко его пережил. Вот только…
— При всём моём уважении, господин Чарит, вы явно сгущаете краски или недооцениваете сына, — задумчиво качнула я головой. — Живым трупом он не был даже после допроса у Великого Змеелова. Тот, кто не хочет жить, не бежит от смерти.