И правда, все время забываю, покушения для Тяньлин были обыденностью.
– На поэтическом вечере будет весь цвет столичной молодежи, включая Его величество, – по губам регента скользнула презрительная улыбка. – Разумеется, пойдешь не одна, тебя будет сопровождать Лань Вэй и Минхао.
Вот уж чего я точно хотела бы избежать, так это душного общества кузена. Я хотела возразить, но меня опередил Минхао и впервые за утро поднял взгляд от стола и подал голос:
– С вашего позволения, отец, – тихо, но твердо сказал он, – я хотел бы не тратить время попусту и продолжить заниматься расчетами…
Шэнь Лун резко поставил пиалу с чаем на стол. Несколько капель оросили каменную столешницу.
– Ты мой сын и наследник. Это мне решать, на что ты должен тратить время, а на что нет. Ты и так непозволительно долго пренебрегал своими прямыми обязанностями.
Минхао стоически выдержал вспышку гнева главы рода. Лишь кадык на тонкой шее подростка дернулся, выдавая душевное волнение.
– Как прикажете, отец, – ровно ответил Минхао и вновь потупил взор.
Спрятав руки под столом, я вцепилась в складки платья. Тихонько выдохнула, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце.
С регентом спорить бессмысленно, как и идти на открытую конфронтацию. Если я хочу избежать мероприятий, то должна привести веские доводы… С другой стороны, нужно ли мне их избегать? Если хочу изменить судьбу Тяньлин, то должна узнать мир за пределами поместья, а не прятаться в своих покоях.
Предстоящие мероприятия – хорошие возможности, которые ни в коем случае нельзя упускать. Надо выяснить, где находится храм. Может так статься, во время паломничества мне и вовсе удастся сбежать из-под надзора регента.
Шэнь Лун снова наполнил пиалу. Сделал глоток. Поморщился. Взмахнул рукой. Тут же, словно по волшебству, рядом с ним появился слуга.
– Сделай новый чай, – приказал регент.
– Будет исполнено, – поклонился слуга.
Двое других слуг молчаливо и расторопно вытерли расплескавшийся чай со стола и убрали грязную посуду.
– Кстати, про разбойников, – сказала я, когда в беседке мы снова остались одни, – Волчью маску удалось поймать?
– Пока нет. – В глазах регента промелькнуло холодное раздражение.
Предсказуемо. Как говорится, можно было и не спрашивать. Но во мне тлела слабая надежда, что человека в жуткой маске схватили, и кошмара наяву удастся избежать.
– Министр наказаний бьется головой о землю, клянется, что поймает его за три дня… – добавил регент и многозначительно замолчал, позволяя мне домыслить остальное.
Я вспомнила бледное, испуганное лицо министра и сглотнула. Вчера регент отвел ему три дня на поимку Волчьей маски. Поэтический вечер тоже через три дня. А значит, если к мероприятию в Саду белого пиона разбойника все еще не поймают, то министр наказаний в лучшем случае лишится должности, а в худшем… Хотелось верить, что регент пригрозил его казнить лишь для острастки, и никто не будет буквально сдирать кожу с проштрафившегося чиновника.