Да, знаю я, знаю! Но не могу же я делать кофе и собираться одновременно!
Выскочив из кабинета, мчусь в туалет с косметичкой наперевес.
Так… Тон, пудра, тушь.
Быстро!
Расчесываю волосы, пытаюсь убрать их в аккуратный деловой пучок.
Юбка!
Утюга у меня, конечно, нет, поэтому я провожу по складкам влажными ладонями, пытаясь их расправить. К счастью, на черном мокрые пятна не слишком видны.
Дверь открывается, и в туалет входит Вера.
Вот уж кто всегда выглядит отлично!
Хотя, как на мой взгляд, с ресницами и губами некоторый перебор, но, наверное, это дело вкуса.
Она останавливается рядом со мной возле раковин, смотрит в зеркало на наши отражения.
— Ты куда это так… нарядно?
Я моргаю.
— На встречу.
— А.
Она чуть заметно улыбается.
— А я думала, ты только кофе носишь.
Вот же!..
И чего она так на меня взъелась, интересно?
— Нет, не только. Сегодня вот деловая встреча.
— Ого! Быстро ты. Второй день, и уже совместные поездки… Если бы на твоем месте был кто-то другой, то я бы уж решила… кхм…
Обалдеть!
— Что? Что человек просто делает свою работу? — улыбаюсь я сквозь зубы.
— Ну да, — усмехается Вера, — именно это. Работа. Конечно.
Вера подходит ближе к зеркалу, поправляет свою и без того идеальную укладку.
— Нет, про тебя, Натусь, я ничего такого, конечно же, не думаю. Ты-то понятно, что другим берешь.
— Чем же?
Она поворачивается, смотрит прямо на меня, окидывая выразительным взглядом сверху вниз, и снисходительно улыбается:
— Старательностью, Наташ. Старательностью.
И выходит.
Вот ведь…
Возле здания нас ждет машина с водителем.
Салон такой, что мне хочется снять обувь, чтобы не дай бог ничего не испачкать.
Кажется, если я чихну — мне выставят счет.
Я на секунду зависаю у передней двери, но водитель уже открывает заднюю.
Ладно.Сажусь назад.
Кравцов садится рядом.
И почему при таком большом размере машины, ощущение, что тебя прижали к стеклу?
Дверь закрывается, машина трогается.
Кравцов листает планшет, я смотрю в окно.
В машине висит тишина. Такое ощущение, что даже водитель боится кашлянуть.
Я сижу ровно, спина прямая, руки на коленях. Стараюсь не дышать слишком громко, не ерзать, а сидеть так, будто ездить по важным деловым встречам в шикарных машинах с водителем для меня — обычное дело.
Господи, какая мучительная тишина!
Я стискиваю ручку сумки.
— Вы все еще злитесь, — вдруг произносит Кравцов, не отрывая взгляда от планшета.
Я удивленно поворачиваюсь.
— На что?
— На вчера.
Вот же…
Ну да, злюсь, конечно.
На него, но больше всего на себя.
Надо же было так! Бедная Аня!
— А это запрещено трудовым договором?
Он чуть приподнимает бровь.