А в руках у него… панда.
Та самая.
Я таращусь на него, выпучив глаза.
Он сует мне панду в руки.
— Заберите.
Я на автомате беру ее.
Может, я все еще сплю и мне это снится?
Он проходит мимо меня и панды, и заходит в квартиру, а я даже не успеваю возразить.
Мне ничего не остается, кроме как последовать за ним.
Игрушка тяжелая, неудобная, и пока я пытаюсь протащить ее в квартиру, она цепляется лапой за дверной косяк.
— Да чтоб тебя… — бормочу я.
Кравцов стоит в прихожей и наблюдает.
Помогать, судя по всему, абсолютно не собирается.
— Зачем вы мне ее привезли? — спрашиваю я, кое-как втащив плюшевого зверя внутрь.
— Я сказал вам ее убрать!
— Я и убрала!
— Нет. Вы бросили ее в коридоре. Ей там не место. Я чуть не убился о нее сейчас в темноте.
Он раздраженно проводит рукой по волосам.
— А что вы делали в офисе ночью?
— Мазурку танцевал! Работал, Лебедева. Представляете?
— И вы решили привезти ее мне домой?
— А куда по-вашему мне нужно было ее отвезти? Ко мне домой?
Я моргаю.
— А это не могло подождать до завтра? Сейчас час ночи!
— Нет. Не могло. До завтра я мог и не дожить.
— Не драматизируйте, это просто игрушка, — бормочу я, пытаясь затащить панду в комнату. — До утра ничего бы не случилось.
Кравцов не отвечает.
Я оборачиваюсь.
Он все так же стоит в прихожей.
И смотрит на меня. Странно как-то смотрит. Очень странно.
Я хмурюсь.
— Кирилл Олегович?
Панда начинает заваливаться на бок, и я подхватываю ее.
— Что? — спрашивает он как-то заторможенно.
— Я говорю, можно было подождать до утра.
— Нет, — отвечает он после паузы.
И снова замолкает. Нет, все-таки он какой-то странный.
Я вновь поворачиваюсь к нему. Он по-прежнему очень внимательно на меня смотрит.
Но… не в глаза.
Его взгляд медленно скользит ниже.
Я машинально опускаю руки.
— Кирилл Олегович?..
Он чуть склоняет голову и спокойно говорит:
— Вы всегда открываете дверь начальству… в таком виде?
Я моргаю.
— В каком «таком»?
Он делает короткую паузу.
— В… впечатляющем.
Что?..
Я опускаю глаза.
И в ту же секунду понимаю, куда он все это время смотрел.
Твою ж мать!
Сорочка!
Тонкая. Короткая. Почти полностью прозрачная.
О господи!
Кровь бросается мне в лицо, и я резко поднимаю голову.
Кравцов смотрит на меня, а его взгляд внезапно темнеет.
На его губах медленно появляется еле заметная, хищная ухмылка.
Он делает шаг вперед. Я отшатываюсь и упираюсь лопатками в стену.
Вот же черт!
Я дергаюсь, чтобы броситься прочь, но в этот момент его рука ложиться на стену рядом со мной, перекрывая мне дорогу.
— Лебедева…
Конец ознакомительного фрагмента.