— Я могу отвлечь основной въезд, — сказал Дамир.
— Ты можешь сделать вид, что отвлекаешь, — поправила Ася. — Разница важна.
Он усмехнулся коротко, без веселья.
— Учишь меня быть приманкой аккуратно?
— Да.
— Принято.
Ставицкая предложила вызвать полицию, но Грановский сухо заметил, что официальная реакция займёт время, а если среди местных есть люди Кравцова, Веру увезут раньше. Поэтому решили иначе: Грановский поднимет официальный запрос через знакомого следователя и зафиксирует основание; Ставицкая направит экстренное уведомление о возможном удержании человека, чтобы после операции было процессуальное прикрытие; Дамир подъедет к основному въезду, но не войдёт сразу, а создаст видимость старого Дамира — громко, опасно, заметно. Артем и двое его людей займут позицию так, чтобы видеть ворота и камеры. Ася через Милану будет тянуть информацию от дома Лебедевых: Лариса, паникуя, может говорить слишком много. Машина Ставицкой не подъедет к центру, но останется на расстоянии, где связь стабильна и можно координировать.
— И нижний въезд? — спросила Ася.
— Я отправлю туда Сергея, — сказал Артем, впервые включившись напрямую. — Он бывший наружник. Тихий. Снимет номер, если машина пойдёт.
— Нет, — сказал Дамир. — Если Вера там, её нельзя просто снять на видео. Нужно перехватывать.
— У Сергея нет группы.
— Тогда я…
— Ты у основного въезда, — сказала Ася.
Пауза.
Он выдохнул.
— Да.
Как будто это слово стоило ему крови.
В итоге нижний въезд взял на себя не Сергей, а связка: Сергей следит, машина Ставицкой с охраной и ещё один автомобиль Грановского перекрывают грунтовую дорогу не прямо, а “случайной аварией” — поломкой на узком участке. Если фургон пойдёт, ему придётся замедлиться. Дамир в этот момент должен быть виден у главных ворот. Не внутри. Не с кулаками. Видимым. Достаточно опасным, чтобы охрана смотрела на него, а не на технический выезд.
План был рискованным, неровным, собранным из обрывков информации, женской паники Миланы, старых маршрутов, зла Дамира и юридической сухости Грановского. Но это был план. Не безумный рывок.
Ася держалась за это.
К старому сервисному центру они подъехали в сумерках.
Ставицкая не пустила её ближе, чем было оговорено. Машина остановилась на дороге за поворотом, где сквозь голые деревья едва виднелись крыши старых корпусов. Вдалеке, выше по склону, светились фары — Дамир подъезжал к главному въезду. Ася видела только смутные огни, но почти физически чувствовала, что там происходит. Он выходит из машины. Не бежит. Не ломает ворота. Сдерживает себя. Каждый шаг — как по стеклу.