Жена орка, или Чтоб все позеленели от зависти! — Ольга Ивановна Коротаева

Прошло десять дней, которые должны были стать возвращением в «нормальность», но вместо этого превратились в затяжной сюрреалистичный триллер с привкусом тоски.

Работа в морге текла своим чередом. Столы, инструменты, диктофон, бесконечные протоколы. С анализами по делу Зайцева всё решилось на удивление быстро – без «ценных указаний» Стерх и её вечных палок в колёсах экспертиза прошла как по маслу. Оказалось, что когда над душой не стоит профессиональная интриганка, истина находится гораздо охотнее.

Эльвира исчезла. Официально – «не вышла на смену и пропала без вести». В её квартире нашли лишь пустые шкафы и запах дорогого парфюма. Никто особо не горевал, коллеги лишь пожимали плечами, мол, «нашла место получше». И только я знала, что её новое место – на краю обрыва в мире, где нет кофемашин и интернета, зато в избытке очень много сердитых орков и парочка ритуальных цепей.

С куратором вышло сложнее. Аркадий Степанович, тот самый теневой кукловод нашего отделения, уволился за день до моего «возвращения». Исчез, не оставив ни адреса, ни номера телефона. Отдел кадров только разводил руками: «Рассчитался по собственному, личное дело чистое». Теневод словно ластиком стёр себя из реальности, забрав с собой все секреты «Спецзаказа № 04» и портальных экспериментов.

Иногда, глядя в окно на серый городской пейзаж, я ловила себя на мысли: а было ли всё это? Может, я просто переутомилась на работе по двойной ставке? Может, Грошш, его горячие руки, запах мускуса и лазурные птицы – это всего лишь яркая галлюцинация моего изголодавшегося по приключениям подсознания? Сказка о бравом вожде харда и его неистовой страсти таяла в памяти, как утренний туман.

Но реальность умеет давать сдачи. Красиво и беспощадно.

Всё началось с задержки. Сначала я списала это на стресс от межмирового прыжка – всё-таки перемещение материи через пространство должно как-то влиять на женский цикл. Потом появилась странная реакция на запах жареного мяса. И, наконец, возникла необъяснимая слабость по утрам, которую я лечила литрами крепкого кофе, пока внутренний голос (подозрительно похожий на голос Вестника) ехидно не шепнул: «Рита, ты же врач. Проведи диагностику».

Я купила тест в аптеке аж за три квартала от дома – конспирация прежде всего. Запершись в ванной, я смотрела на пластиковую палочку так, будто это была самая важная улика в моей жизни.

Две полоски. Яркие, чёткие, безапелляционные.

Я села прямо на пол, прислонившись спиной к прохладному кафелю, и расхохоталась. Смех клокотал в горле, переходя в нервные всхлипы. По щекам текли слёзы, оставляя дорожки на лице, но я не могла остановиться.