Вскоре действительно появились два офицера. Что они там сами хотели сделать — непонятно, но на них насели набежавшие зеваки, одновременно требуя разобраться и недопущать, наказать и обвинить, успокоить и выслушать свидетельские показания. Естественно, больше всех стремились рассказать те, кого здесь вообще не было, и каждый второй врал как очевидец. Я не слышал, но компьютер составил картину того, что наговорили свидетели. Получилось так, будто здесь по меньшей мере война банд произошла, с перестрелкой и кавалерийскими атаками.
Я оглядел прочих задержанных. Помимо логичных непосредственных участников, среди нас оказался тот мужчина лет пятидесяти и ещё трое неизвестных, которых я вообще не видел во время всего происходящего.
Офицеры через какое-то время отвязались от зевак и добрались до своих подчинённых. Два лейтенанта полиции. Не многовато для рядовой драки-то? Но вон сержант отчитался, и его версия была уже ближе к реальности. Была драка, всех, кто точно участвовал и у кого есть следы побоев, собрали в кучу, обыскали. Прошёлся по всем задержанным. Непричастные оказались задержанными за побитые лица. А указывая на меня, сержант рассказал, что кошелёк у меня пустой и вообще я какой-то странный.
После чего один офицер пошёл к нам, чтобы окончательно разобраться в ситуации, а второй отправился разгонять зевак.
— Сэр! — я сразу обратил внимание офицера к себе.
Тот поморщился. Я прям читаю его мысли, мол, сейчас этот пижон будет либо деньги предлагать, либо ссылать на знакомство, либо ещё как-то съехать с ответственности.
— Пока вы не сделали преждевременных выводов, — я поднялся, заставив охраняющих нас патрульных напрячься, и обернулся к остальным. — Господа, кто знает, как меня зовут?
Господа переглянулись между собой, но никто, само собой, моего имени назвать не мог. Удовлетворённый результатом, я повернулся к офицеру.
— Сэр, я случайный прохожий, не принимавший участия в произошедшем.
Офицер, мужчина лет тридцати пяти с выражением лица — серьёзный Клинт Иствуд на минималках, достал пачку сигарет и начал прикуривать. И ведь не трубку, сигареты.
— И как вас зовут, мистер…?
— Стрэнджфорд-Морнингтон. Артур Эдвард Стрэнджфорд-Морнингтон к вашим услугам, сэр.
Прочие господа задержанные хотели уже и за себя слово сказать, но я не собирался упускать инициативы.
— Помимо того, что я не знаком ни с кем из этих джентльменов, так я ещё и прибыл в Нью-Йорк буквально вчера, и, очевидно, никак не мог стать участником трагедии.
Офицер указал на детину, пришедшего в себя, но пока не особо активного.