Память. Бой при храме
— КАВАБАНГА!! — рявкнул я, активируя все свои умения и врываясь в ряды мертвого врага.
Что такое рога — знают все. Что такое рога с большим ПВЕ-опытом… Знают не многие, обычно узнавая перед смертью. Кинжалы, словно живые ткали полотно Смерти. Иронично — на смерть отправлялись итак мёртвые. Лезвия буквально пели, нанося удар за ударом. Укол, уход вбок, подрезать ногу, подкинуть противника в небо и, пока он в воздухе, переместиться ему на грудь, в падении нанося десяток ударов и отправляя на респаун.
Чей-то клинок пронесся перед лицом. Кто это тут такой шустрый? Ах это рыцарь… «Путы», словно сами сковали опутали противника. Град ударов не оставил в нем и капли не-жизни.
Бой завораживал. Подобно той самой Тьме, которая манила во время переноса. Теперь эта Тьма жила в моих клинках. Удары градом сыпались на противника. Вражеские атаки с легкостью отклонялись удобными изогнутыми лезвиями, а головы ловко отсекались от туловища. Иногда противник внезапно ускорялся, вынуждая меня рефлекторно дергаться, уклоняясь или уводя корпус в сторону. Рисунок боя тут же ломался, враг переставал казаться предсказуемым, и я вынужденно отступал назад, перегруппировываясь. Глаза отвлекали. Мозг реагировал на внешние раздражители — резкие движения — и всё сбивалось.
Перегруппировавшись, я вновь ворвался в бой. Удар, уклонение, «скачок». Я закрыл глаза. «Скачок», серия ударов, прыжок вертикально и падение коленями на сгнившую шею мертвеца. Глаза были не нужны. Я видел бой, подобно опытным музыкантам, наблюдающим перед мысленным взором свой инструмент, по которому бегают пальцы. Зона пять на пять метров словно светилась синим, подсвечивая силуэты. И это не было игровой механикой. Я не видел противника в реальности. Просто мозг получал тактильные, обонятельные и осязательные сигналы от рецепторов, после чего выстраивал картинку, не отвлекаясь на зрение. Ярко-синие фигуры перемещались в моем сознании, словно обычное воображение. Однако, стоило мне засмотреться, как картинка теряла четкость, и я оказывался в кромешной темноте, начиная паниковать. Чудом удалось избежать ошибки. Тело само знает, что делать и как. Не нужно ему мешать. Это всё равно, что пытаться контролировать условный рефлекс — сделаешь только хуже. Нужно довериться телу. Всё равно, что сороконожка задумается о том, как она ходит — насекомое сразу запутается в своих лапках!
Скоро в голове появились и другие точки. Условно-зеленое скопление сзади и ярко-алое бьющееся сердце рядом. Почему оно рядом?.. Почему оно не во мне?.. Переместившись к нему, я удивленно взглянул на его биение.