Не зная куда деть руки, положил их на талию Нириды. Ноздрей коснулся теплый запах её волос. Запах вообще может быть «теплым»? Видимо да, раз именно такая ассоциация пришла мне в голову. В штанах снова стало тесно.
«Сука…»
Стараясь не обращать на это внимания, — ага, на подпрыгивающей лошади-то? — я сконцентрировался на пейзажах, с интересом смотря поверх головы спутницы. Наш путь лежал далеко на восток, к границе Проклятых Земель.
Еще через полчаса езды, плавная рысь скакуна вкупе с легким потряхиванием, начали убаюкивать, похлеще покачивания поезда на рельсах. Сами собой глаза начали закрываться, а я медленно провалился в полудрему.
Нирида почувствовала, как на спину навалилась тяжесть мужчины. Брови чуть дернулись. Губ тут коснулась улыбка.
«Уснул…»
Владыка — такой Владыка. Что тут ещё сказать.
Усевшись поудобнее, чтобы не горбиться, но и не мешать мужчине спать, она заставила коня идти плавнее, впрочем, не меняя рыси. Этот скакун владел не только стандартным рысевым аллюром, но и более экзотическими его видами, предполагающими мягкий бег. Каждого скакуна этой породы очень хорошо обучали.
На самом деле, спать на лошади без умения это делать — чревато отбитым задом и стертой внутренней стороной бедра.
Она усмехнулась. Повелитель об этом скоро узнает.
На улице шел дождь. Далеко на западе, в городской таверне сидел мужчина. Звероватого вида, он облокотился на стол и опустил голову так, что лица видно не было. Черные немытые лохмы спускались на плечи и по краям лица. Тонкие грязные струйки стекали по волосам на столешницу, но мужчина не обращал на это никакого внимания. Почти двухметровый, он был облачен в простую серую рубаху, заправленную в крепкие кожаные штаны на шнуровке. На широком черном поясе, утягивающим торс воина, висел боевой топор. Рукава рубахи были оборваны по середину плеча, чтобы не мешали, из-за чего всем желающим открывался обзор на могучие мускулистые руки. Каждая мышца прорисовывалась через кожу при малейшем движении чужака.
Наконец странный посетитель поднял голову. Недельная щетина, квадратное лицо и широкий чуть сплющенный нос придавали его обладателю звероватый, разбойничий вид. Его ноздри хищно трепетали. Прошел не один день, но запах, который он намертво запечатлел в памяти, всё ещё присутствовал в этом месте. А ещё, вместе с этим запахом, он чувствовал другой, более удушливый, пахнущий разнотравьем, соблазнительный.
«Самка…»
Мужчина повернул голову и посмотрел на дверку, ведущую в одну из немногочисленных кабинок для переговоров. Рывком поднялся из-за стола. Стул с грохотом упал на пол. Несколько посетителей, неспешно ведущих беседу, перевели взгляд на мужчину и замерли — кто его знает, что ожидать от этого странного чужака.