Она никогда не говорила мне этого раньше.
— И я была права, — добавила она. — Ты изменил мою жизнь, Дрейвен. Ты изменил меня.
— Мы изменили друг друга, — ответил я. — И это лучшее, что могло с нами случиться.
Эпилог

Элспет Год спустя
— Разойдитесь, дайте ей места! — прикрикнула мама, отгоняя всех от небольшого очага. Рядом на подставке покоился наш семейный гримуар.
Хоть я и переехала в поместье к Дрейвену, где мы жили вместе с Джорджи и Эдгаром, я каждую неделю заглядывала сюда на семейные ужины и партию в лунный мяч.
Я глубоко вздохнула. Дрейвен сжал мою ладонь.
— У тебя все получится. Ты долго тренировалась и упорно трудилась.
Я уставилась на книгу заклинаний. Мама хранила ее все эти годы, дожидаясь момента, когда одна из нас вернет свою силу и сможет ими воспользоваться. Это были чары, передававшиеся из поколения в поколение Мунфлауэров. Теперь, когда мы с Дрейвеном поженились и ко мне вернулась магия, время пришло.
Я хотела убедиться, что готова, хотя в глубине души все еще немного побаивалась. Да, я колдовала восемнадцать лет до проклятия, но за двенадцать лет забвения изрядно растеряла сноровку. Мне совсем не хотелось случайно превратить родных в жаб или еще во что похуже, хотя Дрейвен и уверял, что этого не случится.
— Какая утомительная скука, — Огги принялась изучать свои ногти. — Можно как-то побыстрее?
После инцидента с Хеленой Огги стала еще более… ну, в стиле Огги. Злой, саркастичной и резкой. Хелена лишила мою младшую сестру уверенности и всякой жажды жизни, и я все еще пыталась найти способ это исправить.
— А у меня скоро смена в лавке, — вставила Прю. У нее-то как раз все было замечательно: она работала в месте своей мечты в книжном. Ее не интересовали ни отношения, ни магия — ей вполне хватало того, что у нее уже было.
— Ты справишься, Элспет, — подбодрила меня Аделаида. Отсутствие Элма рядом с ней бросалось в глаза.
Я так и не простила его за то, как он разбил ей сердце, и подозреваю, что не прощу никогда, пусть он и лучший друг Дрейвена.
Аделаида улыбнулась, но за этой улыбкой я видела боль. Мне так хотелось, чтобы она была счастлива так же, как и я. Хотелось верить, что скоро она сможет жить дальше, но пока перемен не предвиделось, как бы храбро она ни держалась при остальных. Аделаида могла дурачить маму и сестер, убеждая их, что в порядке, но я-то знала свою сестру: она страдала, сколько бы ни твердила обратное.
Но это была проблема для другого дня.
Я снова посмотрела на гримуар.
— Ну? — спросила мама. — Какое заклинание ты выбрала?
Я взяла палочку. По руке пробежали знакомые искры — магия пробуждалась. Как же я скучала по этому чувству.