Мама ахнула, Прю выронила книгу. Я пошатнулась и привалилась к груди Дрейвена, и он крепко обхватил меня руками.
— Контракт имеет обязательную силу, — продолжала Огги. — Хелена обещала, что не раскроет тайну, пока мы не нарушим условия.
— И как же ты их нарушила? — спросила я. — Ты ведь только что все ей выложила.
— Сам секрет и есть нарушение, — голос Огги дрожал. — Когда я призналась, Хелена сказала, что, к сожалению, без магии я не могу быть моделью — особенно если живу здесь нелегально.
Я в изумлении приоткрыла рот.
— Это же чистой воды развод.
— Так и есть, — раздался голос Джорджи от двери. Эдгар сидел у нее на плече. — Я знаю, потому что Хелена проделала то же самое со мной.
— Джорджи, — Дрейвен сделал шаг к ней. — Тебе не обязательно об этом рассказывать.
— Все в порядке, — отрезала девочка. — Пусть знают.
— Знают что? Что она с тобой сделала? — спросила я.
Джорджи прошла мимо меня и села на диван, глубоко вдохнув.
— После смерти родителей я недолго жила у бабушки. Хелена постоянно крутилась рядом, проводила со мной время, заставляла поверить, что она мой друг. У меня не всегда ладилось с бабушкой, я ее часто расстраивала.
— Почему? — не понимала я.
— Потому что она видит во мне наследницу, будущую Верховную Ведьму. Но мне это не нужно. Я не хочу править Ведьминскими землями. Вся эта ответственность, работа — это не для меня. Бабушка требовала, чтобы я начала готовиться к Ведьминским Испытаниям.
Испытания — событие, где сильнейшие ведьмы состязаются за право стать новой Верховной, когда нынешняя уйдет на покой. Претендентки годами, а то и десятилетиями изнуряют себя тренировками, даже не зная точно, когда пробьет час.
— Дошло до того, что мы с бабушкой почти не разговаривали: я не была готова к такой ноше, тем более сразу после потери родителей.
Я кивнула. Бедная Джорджи. Должно быть, ей было невероятно тяжело.
— Хелена понимала. С ней можно было поговорить, и она слушала. Она была такой теплой, такой дружелюбной. Заменила мне мать, — глаза Джорджи наполнились слезами. — Она заставила меня поверить, что я ей дорога. Что она меня любит. Все происходило постепенно, в течение нескольких месяцев. Хелена заводила разговоры об Испытаниях, о титуле Верховной Ведьмы, о том, сколько добра я смогу принести. Она играла на моих слабостях, на том, чем я дорожила — на спасении магических существ. Она почти убедила меня согласиться.
Джорджи шмыгнула носом.
— А потом я подслушала ее разговор с бабушкой. Все это было игрой, бабушка специально подослала ее, чтобы Хелена добилась того, чего не смогла она сама, — слезы покатились по щекам девочки. — Было чувство, будто я снова потеряла родителей.