За стойкой была давешняя якутянка, но сейчас я разглядел, что на бейджике было написано «Сандаара». Она достала откуда-то из тумбочки запечатанный пакет из крафт-бумаги и вручила мне, добавив, что мне в номер несколько раз звонили из Москвы. Причем на лице у нее было невозможно прочитать ни единой эмоции. Я дождался лифта, разорвал упаковку прямо в кабине и достал оттуда какой-то навороченный смартфон в прорезиненном корпусе и два обычных почтовых конверта. На одном было написано: «по прилету в Якутск», на втором — «по прилету в Белую Гору». Забегая в номер, я физически ощущал, что вот-вот начнутся новости. Но вот почему-то в том, что они мне понравятся, уверенности не было ни грамма. На экране включающегося телефона появилась эмблема «Незабываемых путешествий». Ого, куда техника дошла. И тут трубка задрожала и загудела в руке, не успев, кажется, толком загрузиться.
— Дима, ты охренел⁈ — чтобы вывести на крик гранитно-спокойного Головина, нужен был талант. И у меня он явно присутствовал.
— А я только хотел тебе «спасибо» сказать за шикарный полет, компанию, сюжетно-ролевые игры и экскурсию по городу, — попытался я прервать надвигающуюся волну негатива. В то, что после такого «здрасьте» Артем будет меня хвалить, веры не было никакой.
— Волков, ты больной⁈ Какая компания? Какие игры с экскурсией⁈ Ты пропал с радаров почти сразу, а на связь вышел через шесть часов! А до этого нарезал круги по городу на каком-то корыте и жрал всякую дрянь в самом палевном тамошнем кабаке! Ты совсем дебил — не можешь три строчки текста запомнить, Дима? — а я говорил, что вряд ли похвалит.
— Хорош орать-то, а? — я не выдержал напора и попер навстречу, опустив ковш, как говорил один бульдозерист, — еще скажи, что владелец авиакомпании был настоящий, а таксист поддельный! А про медведя-шатуна и двух волков ты, скажи, вообще ничего не знал! Головин, я кроме как позвонить вовремя, все по инструкции делал, нечего орать мне в ухо!
— Так, выдохнули оба! — Артем скомандовал давешним прокурорским тоном и вправду длинно и шумно выдохнул прямо в трубку, — а теперь заново и с самого начала, после того, как сел в кресло самолета.
Пока я говорил, было слышно, что он, закрыв динамик, тоже что-то вещал. Я расслышал только «нашелся», «подключились, ведем» и «гонит какую-то пургу». Дослушав до «сел в такси и поехал», Головин перебил:
— Назови номер машины, — и голос его в трубке звучал так пакостно ровно и спокойно, что я понял — он взбешен как никогда раньше, — какой номер был у такси, Дима?
— Не помню. Там всего одна машина стояла, вот я и решил…