— И ты решила восстановить справедливость? — горько заметила старшая сестра. — Сначала влезла в мой дом, а потом и в мою постель? Вернее, в постель моего жениха? Ты же знала, что мы живём вместе и собираемся пожениться. Знала и…
— Прости, Слава, — покаянно отреагировал Владимир. — Сам не понял, как завертелось. Она такая… такая… Ходила тут, полуодетая, а я живой мужик! Однажды днём, выходной был, ты как раз уезжала на примерку, приспичило мне душ принять. Дверь ванной оказалась не заперта, я и открыл без задней мысли, а там Адель… раздетая. Голову напрочь сорвало. Не устоял я, Слава. Когда очнулся, поначалу обмер от страха, особенно когда осознал, что был у неё первым. Но Адочка так трогательно винила себя и так раскаивалась, просила у меня прощения, что влюбилась и не нашла сил оттолкнуть! Она даже начала собирать вещи, хотела бросить институт и уехать назад, в Петушки. Сама понимаешь, я не мог позволить ей взять вину на себя! И разрешить сломать себе жизнь тоже не мог. Кое-как отговорил от опрометчивых решений. Сначала мы вместе решили, что скроем от тебя произошедшее. Договорились, что это была ошибка, и она больше не должна повториться. Но потом, день за днём встречая Аду на кухне, сталкиваясь с ней в коридоре, я понял, что никакая это не ошибка. Меня тянет к ней со страшной силой, глаза закрою — перед ними наш тот раз. Её запах, её…
— Избавь меня от подробностей!
— Прости. В общем, я понял, что влюбился по уши и что не мыслю жизни без Аделаиды. Как оказалось, она тоже мучилась угрызениями совести и пыталась избавиться от тяги ко мне. Мы не хотели тебя ранить и боролись, как могли. Но любовь оказалась сильнее. Прости, что дотянул почти до свадьбы! Не специально, просто никак не мог найти время и слова, не знал, как признаться, что полюбил другую.
— Значит так, бывшие и несостоявшиеся будущие родственники, — безжизненным голосом ответила Ярослава. — Мне нужно вернуться на работу, внизу ждёт машина. Я вас услышала — совет вам да любовь! Держаться за штаны не собираюсь, но и видеть вас обоих в своём доме не желаю. Поэтому собирайтесь и уходите. Когда я вечером вернусь домой, надеюсь найти ключи на столе и свободные от ваших вещей шкафы. Оповестить родственников, что свадьбы не будет, придётся тебе, Адель. Лене я всё объясню сама.
— Куда же я пойду? — всхлипнула Ада и снова положила руку на живот. — Куда мы пойдём — снова в общежитие?! Слава, ты не можешь так со мной… с нами поступить! Это бесчеловечно!
— Ты несколько поздновато вспомнила о справедливости и человечности, не находишь? — парировала Ярослава. — Но можешь считать, как тебе удобнее — меня это не остановит. Я больше не хочу быть всепонимающей и всепрощающей, поэтому повторяю — собирайте вещи и уходите! Оба!