И в сторону:
— И время сэкономите… Чем меньше шмоток, тем быстрее можно от них избавиться.
— Светка, я сейчас тебя стукну! — пригрозила Слава, но та лишь рассмеялась.
Наконец, не прошло и получаса, Ярослава была готова.
— Дверь я запру изнутри и сразу лягу. Стука не услышу! — предупредила Лосева. — До девяти утра… А, нет — до двенадцати дня мы тебя не ждём. И если что, в двенадцать можешь не появляться, мне достаточно будет звонка.
— Света, ты опять? — устало вздохнула Шанская. — Я же объясняла — это просто разговор! В фойе отеля.
— Я что — против, что ли? Разговаривайте на здоровье — до полудня завтрашнего дня времени предостаточно. Успеете все вопросы обсудить, все проблемы порешать, — пожала плечами подруга. — А где — в фойе или в каком другом месте, это вы сами определите. Иди уже, я на ходу засыпаю!
И буквально вытолкала Славу за дверь, демонстративно заперев за ней все замки.
Ярослава только головой покачала — ну Светка! Ну сводница!
И направилась к лифту.
Глеб поднялся ей навстречу — без привычных уже цветов и какой-то взъерошенный, словно над чем-то долго думал и переживал.
— Слава! Идём.
— Куда?
— Ну не здесь же нам разговаривать! Никогда не любил всякие шоу типа «за стеклом» и меньше всего желаю стать одним из его участников. Я приглашаю тебя к себе.
Ярослава вскинулась, но Дёмин остановил её порыв:
— Обещаю, без глупостей и прочего! Только разговор. Просто на улице уже не так тепло, чтобы долго сидеть на скамейке, а в номере и нам комфортнее, и никто не будет глазеть и подслушивать. Я бы предложил пройти к вам, но наши голоса потревожат Лену и Свету.
— Ну хорошо. Веди.
Идти оказалось недалеко, и Слава толком опомниться не успела, как очутилась в комнате.
Огляделась — довольно мило, но скромно. Их номер намного комфортнее. Интересно, почему Глеб выбрал именно этот отель? С его возможностями он мог себе позволить лучшую гостиницу Сочи, а не скромный апарт-отель.
— Располагайся, где тебе удобнее, — Дёмин заметно волновался. — Заказать что-нибудь?
— Ничего не надо, я не голодна и от жажды не умираю, — остановила его метания Ярослава. — Глеб, что происходит?
— Присядь, — попросил тот. — Я собирался сделать иначе. Этот разговор и вообще… Но жизнь внесла свои коррективы. В общем, — он взъерошил пятернёй волосы, и Слава ощутила, как внутри неё в тугую спираль скручивается нехорошее предчувствие, — А… чёрт! Слава, нам нужно пожениться!
— Что?!
Она ожидала чего угодно — от известия о чьей-то неизлечимой болезни до сообщения, что Дёмин встретил другую и сворачивает ухаживания. Но только не предложения руки и сердца. Если, конечно, эту фразу Глеба можно было так понять.