Я оглянулся. Через вполне ухоженную дорогу стояло старое трухлявое деревянное шале, когда-то поэтизирующее мирную спокойную жизнь сельского труженика. Буквы на вывеске давно стёрлись, но я и так знал, что это за домик. Вилла Мбата. Посторонним вход воспрещён. Здесь жил и спал только Ж. — Б. Бокасса. Я повернул голову разыскивая глазами то, зачем я здесь и сразу заметил его. Этот дом по сравнению с остальными постройками и сегодня был самым величественным. Дом его первой женщины. Вход мне не был виден, так как здание стояло фасадом к бассейну, в который, почти полностью завалилась арматура бринкбалантной горки. По мне так самая обычная горка для спуска в воду и почему на плане было написано бринкбалантная для меня осталось тайной. Но это и не важно. Дом, вот что меня интересовало в первую очередь, а вернее одна из комнат на втором этаже.
— Ну, где ты, — вывел меня из задумчивости интендант, — сейчас Палыч примчится.
И я шагнул в полутёмный коридор.
— Двигай направо, — проговорил Гена едва я появился на пороге, — сейчас тебе местную форму подберём, — потом глянув на мои ноги, хмыкнул, — с ботинками проблемы. Тут бойцов местных нагнали сплошь женского пола и ботиночки им 36–38 размер. Я тебе выдам, конечно, нужные, но ты их не умыкни. Отстоишь на воротах и верни обратно, очень тебя прошу.
— Верну конечно, мне-то они зачем? У меня свои имеются, — с некоторым удивлением ответил я, но хозяин этой богадельни только хмыкнул.
— Вот и я о том же, а то бывают ухари.
Мы прошли в квадратное помещение размером пять на пять метров, в котором проёмы окон были заложены разными по своим габаритам камнями и зацементированы. Не везде и абы как, но свет с улицы не проникал, а освещало помещение одна тусклая лампочка, свисавшая с потолка на электрическом проводе. Стены были выкрашены совершенно неоднородно. То ли максимально перестарались, когда разбавляли краску, то ли неравномерная впитываемость поверхности, к тому же с видимыми следами валика, глубокими нерегулярными трещинами и отслоившейся местами краски. И выглядело как роялти-фри изображения.
Мелькнула мысль, как в этом полумраке близорукий парнишка что-то находит, но потом решив, не моё это дело, пододвинул к себе колченогий стул.
— Верну, — пообещав, я стал раздеваться, а Гена с головой нырнул в картонные короба.
— Ну вроде нашёл, — проговорил он через минуту протягивая мне комплект местной одежонки и чёрные лакированные туфли, — извини другого нет, но на пост в самый раз.
Мне то вообще без разницы в чём миссию встречать, мог бы и в своей горке. Главное ведь цвет кожи. Моей кожи. Я был чёрным.