— Абрамович, ко мне!
И было это произнесено таким тоном, что я на миг поверил, вот прямо сейчас, из-за полуразрушенной стены кирпичного здания, выскочит никто иной как Рома из Саратова.
Ошибся. Перед нами, словно из воздуха, материализовался высокий долговязый парень года на три младше меня, в очках на пол-лица с толстыми линзами и совершенно непохожий на Авраама. Типично русский парень из российской глубинки.
Начальник, склонив голову в его сторону и натянув на лицо строгое выражение, сказал:
— Гена, видишь этого парня? — рука пенсионера ненавязчиво махнула в мою сторону, — срочно подбери ему одёжу местных гвардейцев и чтоб сидела она на нём как литая. Пять минут тебе даю, дуй, — но увидев, что парень остался стоять с вопросительным взглядом, добавил, — сейчас нагонит, — и развернувшись ко мне тяжело вздохнул, — я Черепанов, можно просто Олег. И не смотри на мои седины, мы сейчас не в армии и потому сразу на «ты», а то я себя совсем стариком почую, так что эту тему закрыли. Тут Лёха у нас проблема нарисовалась, прямо бомба, а из местной жандармерии, как на грех, ни одного человека. Иностранные языки знаешь?
Я кивнул.
— Английский, французский, испанский. Ну и русский санго немного.
— Твою же мать, — не удержался Черепанов, — а мой дылда на русском языке нормально разговаривать не научился, — он махнул рукой, — ну это лирика. Мне тут сообщили, что к нам из МИНУСКи едут, — и, видимо, приняв мой взгляд за вопросительный, пояснил, — многопрофильная комплексная миссия Организации Объединенных Наций по стабилизации. Слышал про такую? — и не дожидаясь ответа продолжил, — целый автобус с женщинами разных цветов и всяких вероисповеданий. Сечёшь? Из правительственных войск тут никого, кто бы их задержал, а мы, как сам понимаешь, не имеем на это право. Вот они и мчатся сюда на всех парах и кроме тебя, задницу мою прикрыть больше некому. Изобразишь на воротах аборигена, моя твоя не понимает и чтоб ни одна стервочка из этой организации на территорию не попала. Понял мою мысль?
— Легко, — согласился я, — их гнать в шею или культурно?
— Не наглей, — погрозил Черепанов указательным пальцем, — очень культурно, а то они кучу жалоб настрочат, а нам этого не надо. Скорее всего родственники президента нажаловались, слишком много их у него и жаждут отбить у нас дворец. Хотя какой это дворец, — Черепанов махнул рукой, — сам увидишь. И если всё понял, беги за Абрамовичем, вон он ждёт тебя, давай родной. А то эти дамочки ненароком примчаться раньше, чем ты в форму облачишься.
Но едва я шагнул вслед за долговязым очкариком, Черепанов меня догнал последним вопросом: