Я слышу приближающиеся шаги.
Негромкие мужские голоса переговариваются, мне не разобрать слов. Но желание убежать, забиться в угол и сжаться в комочек стремительно возрастает, как и мой пульс. Сердце так колотится, что я вот-вот начну задыхаться. Увы, я абсолютно беспомощна.
Мягкий свет бра освещает в основном постель, на которой я лежу, и когда в дверном проёме возникает фигура, я вижу лишь её очертания.
– Что за… – Щелчок выключателя, и зажигается яркий свет, заставляющий меня зажмуриться.
– Ты чего здесь забыла? – С наездом спрашивает другой. – А ну, отвечай!
Господи. Их несколько.
– У неё рот завязан, – тягуче произносит тот, кто мне не обрадовался первым. Голос негромкий, но пугающий.
Я хлопаю мокрыми ресницами на мужчин, не ожидая ничего хорошего. От страха восприятие искажается. Я вижу лица и фигуры очень чётко, но спроси меня сейчас, какого цвета глаза, волосы, одежда – не смогу описать.
Мне только понятно, что моя персона не радует того, что стоит впереди. Он явно предпочёл бы меня не находить.
Привязанная к кровати, я помочь ему ничем не могла и надеялась только, что он не захочет избавиться от меня по-быстрому. Я уже видела, как это происходит.
– А давайте я её пощупаю, – разглядев меня получше, воодушевляется второй. – Проверю, может, она заминирована…
Как сквозь мощнейший зум я вижу похотливый взгляд, направленный на моё тело, выставленное как блюдо на шведском столе. Меня привязали в самой похабной позе. Шесть ремней удерживают раздвинутыми мои согнутые в коленях ноги, наручниками я пристёгнута к спинке кровати, а под спину мне заботливо подложена подушка, выставляющая мою небольшую грудь в мерзком ракурсе.
Всё готово.
Подходи и пользуйся.
Очередная слезинка скатывается по щеке, которую уже щиплет от соли.
Затравленно глядя, как желающий пощупать делает вперёд шаг, я даже молиться не могу.
– Камеры иди проверь, – резко осаживает его первый. – Как-то она здесь появилась.
– Но…
– Выполнять, – приказ безэмоциональный, но его слушаются беспрекословно.
Я остаюсь наедине с мужчиной, который внимательно осматривает комнату, затем что-то проверяет на электронной панельке возле двери, а потом переводит равнодушный взгляд на меня.
Думала, что страшнее мне уже не будет, но ошибалась.
В этих холодных глазах нет ничего человеческого.
Они бездушным рентгеном пронизывают моё распростёртое перед ним тело, обряженное в мерзкие шлюшьи тряпки, которые я сама бы никогда не надела.