— Как это не отблагодарили? — неожиданно влез в разговор лейтенант Малихов. — Такого не может быть, я лично вносил крупную сумму в ведомость с премиями.
— Чего ты так удивляешься, Жерар? — спокойно отреагировал полковник Овцев на вмешательство в его разговор. — Как ты думаешь, за ту сложную, но чрезвычайно прибыльную миссию в мире льда и холода Айселор, сколько Эргов было в окончательной ведомости у старого рыцаря Корвина?
— Не меньше двухсот Эргов, по моим прикидкам, — сразу же ответил Жерар, — я ещё тогда удивился, зачем было ко всему прочему ещё и этот бесполезный артефактный меч дарить, это выглядело довольно странно, словно рыцаря Корвина отправляли на пенсию, при том, что до конца контракта его было ещё несколько лет.
— Ну же, старик Корвин, порадуй нас, скажи, сколько содержал накопитель в отделении банка в тот раз? — весело произнёс полковник Овцев. — Только не ври, я точно знаю цифру, так как окончательную ведомость помимо генерала Тараса Кровавого подписывал и я лично.
Возможно, не будь в моей крови сейчас столько яда, который частично притуплял мою ярость, я бы бросился в свою последнюю атаку на одних инстинктах. Но ответить мне удалось вполне равнодушно, этому сильно помогало осознание безысходности всей этой ситуации в целом. Не против такого могучего высшего человека, как Фёдор Овцев, мне, земляному червю, не обладающему даже магическим источником, тягаться на равных. Даже древний лич Нуйэрий на его фоне выглядел слабее и куда как перспективней в плане моей победы над ним, пусть и только теоретической.
— А зачем мне это скрывать? Правда ведь, Федя, ведь там-то и было целых семь Эргов, — максимально равнодушно попытался прошипеть я, с трудом удерживая гнев внутри себя.
Удивление на лицах всех старших офицеров было мне ответом. Естественно, это не касалось довольного собой полковника Овцева. Причём на моё неуважительное обращение он вообще не обратил внимания, словно мертвецу уже всё прощено.
— Целых семь Эргов! О, Корвин, а тебе не отказывает чувство юмора, даже в такой непростой ситуации! — хохоча, передразнил меня виконт Овцев. — Вы, наверное, задаётесь вопросом, все, кроме самого Корвина, как такое могло произойти. Но мне интересно услышать это из уст самого старого рыцаря нашего Герцога. Пока ещё самого старого рыцаря, ведь у тебя осталось совсем немного времени, старик. Ну же, подтверди, что мы с генералом не ошиблись, и ты талантлив, в принципе, во всём.
Особого желания продолжать этот разговор не было, но тяжесть по телу уже начала разливаться и, думаю, уйти отсюда я уже не смогу на своих ногах.