— Заранее прошу извинить, но, как вы понимаете, господа, род моих занятий не предполагает имён. Поэтому для вас я останусь просто агентом. — Представляясь, Ромул постоянно поддерживал зрительный контакт с аудиторией. Но, скользя взглядом по рядам, ни на миг не задерживал его ни на одном лице в отдельности.
А слушатели, в свою очередь, реагировали на его появление очень по-разному. Кто-то, точно так же, как и Таисья, скривили недовольные физиономии. Словно за кафедрой сейчас расположился не подчёркнуто аккуратный слуга государя, а какой-то опустившийся бездомный, плюющий на пол осколки последних зубов. Возможно, это было следствием того, что «семёрка», как я слышал, имела право ластать любого без каких либо судебных ордеров. В том числе и вот таких благородных господ.
Ведь, наверное, именно это вы ненавидите больше всего, барчуки… Когда ваша сила и власть не только вдруг натыкается на другую, посильнее. Но при этом вы ещё и не в состоянии даже попробовать посоревноваться с этой силой за место под солнцем. И проигрываете просто по факту того, что вдруг привлекли её внимание.
Как в одном стишке, который я вычитал где-то в старых книгах мамы, матёрый волчара объяснял ягнёнку, перед тем, как его сожрать: «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать…»
А вот такие, как я, живут так почти всё время…
Небольшая часть студентов взирала на Ромула без какой либо особой эмоции. Лишь сонно уложив лицо на руку. Наверное, ваши родственнички ещё не сталкивались с этим паровым катком его Императорского Величества. Ничего, всё ещё у вас впереди… Когда-нибудь вы положите глаз на женщину, мужчину или бизнес, на которые уже поднял лапу кто-то из бояр или прочих особ, приближённых к Императору. И если у вас не хватит ума отойти с его дороги, то ждите к своему порогу чёрный транспорт без номеров. Чьи пассажиры будут очень хотеть провести с вами беседу по теме государственной безопасности. Ведь найти для этого повод для них — раз плюнуть. Как любит повторять Ашмед, оправдывая свои тёмные делишки — каждого взрослого гражданина можно прямо сейчас без суда посадить лет на пять-семь. И в глубине души тот будет сам точно знать — за что именно. Уверен, у вас, благородные, дела обстоят не лучше…
Но некоторые студенты смотрели на агента даже с некоторым интересом. Девчонки, конечно… Что ж, Ромул действительно видный парень. По крайней мере, дамочки таких любят. И благородные, видимо, тоже. Ведь даже если бы он был кривой, плешивый и беззубый, ореол власти и вседозволенности от этого никуда бы не исчез. У чёрных он горит поярче иных аристо.