Мой собеседник довольно улыбнулся, явно выкладывая заранее подготовленную карту:
— Тогда все подозрения в организации заговора падут на тебя. И ни Соломон, ни даже твой чёрный приятель не смогут тебя отмазать от таких улик!
Это вполне может быть блефом…
Дворецкий вдруг перебил мои мысли, продолжая зловеще шипеть:
— И ещё эти улики укажут на тех, с кем вместе ты уже обходил правительственные барьеры! В частности, по технической части…
Теперь настала моя очередь сменить благорасположение на угрюмость. И когда я при этом увидел сам себя в зеркале заднего вида, то почему-то вспомнил Ратмира.
— И какова же альтернатива такой подлости? А, борцы за народное счастье?
Закарий покачал головой, продолжая улыбаться:
— Называй как хочешь. Но цель оправдывает средства! И если ты нам поможешь, то в заложники должны попасть только те, кто на самом деле этого заслуживает. — Черты лица Закария чуть смягчились. — Те, кто послужит рычагом в дальнейшей борьбе. Рычагом, который перевернёт мир!
— И мои друзья, как понимаю, в это число не входят?
— Это число равно семи… — Собеседник слегка ухмыльнулся.
— Семь крыс…
— Что?
— Наследники семибоярщины, которые приедут на праздник. О них речь?
— Именно! — Дворецкий, казалось, был рад моей догадке. — Отпрыски подлейшего семени! Самое дорогое, что есть у их родителей-кровопийц! С таким влиянием мы сможем…
— Вы хотите их убить?
Мой собеседник снова осёкся. И снова достаточно быстро собрался:
— Только если этого потребует ситуация! Ведь наша основная цель — не разрушение, а революция!
— Древние считают это одним и тем же…
— Что? — Закарий опять не расслышал моё ворчание.
— Подытожим. — Я поднял перед собой ладони. — Если я помогу вам взять в заложники гостей вечеринки, то никто, кроме них не пострадает. По крайней мере, на самой вечеринке… Так?
— Не только! — Дворецкий замотал головой. — Революция, наконец-то, получит шанс на победу!
— Допустим. — Я кивнул. — А если я откажусь, то вы уничтожите всех участников бала. А потом сдадите чёрным меня, Кнопку и Технаря, как террористов, которые всё это устроили. Так сказать, во имя борьбы за народное счастье. Правильно?
Собеседник насупился:
— Цель оправдывает…
— Да-да, понятно. — Я отмахнулся от его повторного лозунга. — А что я получу, если всё-таки помогу вам?
— Всё-таки ты такой же меркантильный у…
— Приятель! — Я перебил дворецкого резким рявканьем, которое снова живо напомнило мне хрипловатый басок Ратмира. Вот ведь нахватался… — Да будет тебе известно, что на этой шахматной доске вы не одни! И у остальных фигур уже хватило ума предложить мне хоть что-то, кроме отказа от моего уничтожения! И это несмотря на то, что некоторые из них даже не из нашего мира!