Зевдиту кивнул.
— Понял, господин.
Он ушёл. Дитрих смотрел ему вслед, его рука легла на револьвер. Он не доверял Зевдиту, но выбора не было. Вёлькнер требовал результатов, и Дитрих знал, что неудача будет стоить ему карьеры — или жизни.
На рынке, где запахи кофе, специй и пыли смешивались в густой воздух, Зевдиту вернулся к своей лавке. Йоханнес, его помощник, сортировал мешки с перцем. Зевдиту бросил ему монету, его голос был резким:
— Закрывай лавку. Завтра на рассвете я уйду рано. Ты останешься здесь.
Йоханнес кивнул, но его глаза задержались на хозяине.
— Что-то не так, господин?
Зевдиту отмахнулся, его пальцы дрожали, пока он прятал мешочек с монетами.
— Не твоё дело. Делай, что сказано.
Он не знал, что его уже ищут. Люди местных властей рыскали по рынку, расспрашивая торговцев о Зевдиту Гобезе. Британцы тоже отправили своих агентов. Зевдиту чувствовал, что сеть сжимается, но жадность и страх гнали его вперёд.
В британской миссии Келсфорд и Резерфорд сидели за столом, окружённые телеграммами из Лондона. Лейтенант Брукс, их разведчик, вошёл с отчётом.
— Бумага обычная, сэр, — сказал он, держа письмо с требованием выкупа. — Машинка — немецкая, «Олимпия». Их десятки в городе, но это наводка. Торговец, Зевдиту Гобезе, известен. Работает с иностранцами, особенно с немцами.
Келсфорд нахмурился.
— Немцы. Я знал. Это их почерк. Нужно найти этого Зевдиту. Если он курьер, он выведет нас к Грейсону.
Резерфорд покачал головой.
— Сэр, если это немцы, они не оставят следов. Зевдиту — пешка. Нам нужно больше, чем он.
— Тогда найди мне больше! — рявкнул Келсфорд. — Пошли людей на рынок. Допроси каждого, кто знает этого торговца. И свяжись с местными властями — пусть знают, что мы действуем.
Брукс кивнул и вышел, его шаги были быстрыми. Келсфорд повернулся к Резерфорду.
— Если мы не найдём Грейсона, это конец нашей миссии здесь. Местные уже не доверяют нам. А если итальянцы войдут в город… — он замолчал, его лицо потемнело.
Резерфорд кивнул.
— Мы найдём его, сэр. Но нам нужно быть осторожнее. Кто-то играет с нами всеми.
В старом квартале Зевдиту вернулся домой — в маленькую комнату над лавкой, где пахло специями. Он запер дверь, его пальцы дрожали, пока он пересчитывал монеты. Жадность боролась со страхом, но мысль о следующем платеже от немцев заставляла его сердце биться быстрее.
Вёлькнер, сидя в своём кабинете, допивал кофе, его мысли были ясны. Письмо доставлено, игра началась. Но он знал, что кто-то ещё следит за каждым его шагом. Он вызвал Дитриха по телефону.
— Ханс, удвой охрану у тайного дома. И проверь наших наёмников. Если хоть один предаст, я хочу знать первым.