Советский полковник Фёдор Вяземцев, высокий мужчина с суровым лицом и выправкой кадрового военного, стоял в стороне, скрестив руки. Его форма, выцветшая от африканского солнца, сохраняла следы былой чёткости. Рядом находился переводчик, молодой лейтенант, переводивший слова вождей на русский. Вяземцев был направлен в Абиссинию как главный военный советник после доклада Шапошникова в Москве. Его задача была ясна: убедить императора отказаться от самоубийственного штурма Дессие и следовать плану партизанской войны, предложенному майором Соколовым. Но, глядя на горящие глаза вождей, он понимал, что это будет непросто.
— Ваше Величество, — начал рас Абебе, шагнув вперёд. — Племя амхара устало ждать. Итальянцы топчут нашу землю, их самолёты сбрасывают яд на наших братьев. Гондэр отравлен, две тысячи человек задохнулись в иприте! Если мы не ударим по Дессие сейчас, они дойдут до Аддис-Абебы. Мои воины готовы воевать. Мы требуем наступления!
Вожди оромо и тиграи поддержали его громкими возгласами. Рас Гетачью ударил кулаком по ладони:
— Оромо не будут прятаться как трусы! Мы возьмём Дессие и покажем Муссолини, что Абиссиния не падёт. Император, дайте приказ!
Хайле Селассие поднял руку, призывая к тишине. Его лицо оставалось непроницаемым, но Вяземцев заметил, как пальцы императора слегка дрогнули. Он знал, что давление вождей — лишь часть проблемы. Британский связной накануне встречался с императором, обещая 15 000 винтовок и 100 000 фунтов в обмен на разрыв с Москвой. Хайле Селассие балансировал на тонкой грани: вожди требовали крови, британцы — предательства, а советские союзники предлагали план, который казался слишком медленным для пылающих страстей абиссинцев.
— Рас Абебе, рас Гетачью, рас Менгесха, — начал император. — Я слышу вас. Я вижу боль нашего народа. Иприт в Гондэре — рана на сердце Абиссинии. Но мы не можем бросаться в бой без подготовки. Наши советские друзья, — он кивнул в сторону Вяземцева, — предлагают план: партизанская война, удары по тылам врага, уничтожение складов иприта. Это сохранит жизни наших воинов.
Рас Абебе фыркнул:
— Партизаны? Прятаться как крысы? Это не путь воина! Амхара сражаются лицом к лицу. Мы возьмём Дессие, даже если погибнем все до одного!
Вяземцев шагнул вперёд, не выдержав. Его голос был твёрд, но сдержан:
— Ваше Величество, позвольте говорить откровенно. Москва против штурма. У вас 18 000 человек, из которых половина плохо обучена, с винтовками Beretta и ограниченным боезапасом. Итальянцы имеют 25 000 солдат, 75 танков Fiat 3000, 50 самолётов Caproni, 110 орудий и иприт. Лобовая атака — мясорубка. Мы потеряем 90% ваших сил и не возьмём ни одного холма. Майор Соколов предлагает обучить 7000 человек за две недели. Мы ударим по складам иприта, аэродромам, мостам. Это ослабит итальянцев, и тогда мы сможем наступать с шансами на победу.