Взяв её руку и склонившись в поцелуе, прошептал:
— Простите.
— Я просто не знаю, как всё рассказать. Я, наверное, сейчас не смогу.
Её губы дрогнули. Мгновение — и слеза, сорвавшись с ресницы, прочертила дорожку на побледневшей щеке.
Это было выше его сил. Как можно такое вытерпеть?
Обняв и прижав её к себе, трепетную и взволнованную, он услышал, как она тихо заплакала.
— Мадонна, что я сказал не так. Простите! За всё. Что я творил! Я обезумел.
Паника захватила разум. Её вздох резал по живому.
Подхватив на руки, поспешил в каюту, игнорируя изумлённые взгляды капитана и команды.
Донна Летиция, встретившаяся по пути, изумлённо ахнула и последовала за ними.
— Оставьте нас! Все!
Его голос, жёсткий и властный, прозвучал эхом по коридорам жилой части судна. Вскочила испуганная синьора Роберта, что заснула на своём посту и пропустила всё главное.
Хлопнула дверь.
— Граф, откройте. Ваше поведение недопустимо.
Эти слова смели последние грани.
— Я люблю вас, Кристин. Господи. Только не плачьте. Простите. За всё, меня, отца. Скажите же хоть что-нибудь.
Сжимал, боясь отпустить.
Отчаянно затихнув, прижавшись к его плечу, молчала, пряча лицо. А затем он почувствовал, как расслабилось её тело и выровнялось дыхание. Как доверчиво она прижалась к его груди. Боясь что-то изменить, положил свою драгоценную ношу на кровать. Волнения отняли все её силы. Нависнув над ней, словно коршун смотрел. Не хотел ничего знать.
«— моя, всё остальное ничего не значит».
Они не выходили из каюты долго. Слишком. Галеон замер в напряжённом ожидании.
Команда и капитан отводили взоры от хрупких женщин, стайкой сбившихся на палубе.
— Что он себе возомнил! Как такое возможно. Юная синьорина и взрослый синьор, наедине. Это скандал.
Летиция взволнованно сжимала ладони.
— Им нужно поговорить. Слишком многое их разделяет. Прошлое. Она может не простить. Тогда эти отношения могут стать трагедией для обоих.
Маркиза Анна была очень серьёзно настроена и говорила слишком уверенным голосом.
— Вы истинная француженка. Как могут быть такие свободные отношения?
— Лучше вступить в брак и потом всю жизнь мучится? Почему вы только сейчас стали задумываться, а нужно ли им быть вместе? Что дорого для вас на самом деле? Зачем вы вызвали графа в Венецию? Ваш внук, он же осуждает это. Разве вам не всё равно?
— Это чуть не убило её! — Анжелик пошла в наступление и готова была выплеснуть вновь, что у неё накопилось в душе.
— Мадонна, что же делать, мы не можем оставить их наедине, он может воспользоваться её невинностью, я не прощу себе этого никогда, — пожилая донна заплакала.