— Кристин, уезжайте сегодня с девочками на некоторое время к маркизе Анне. В связи с вашим отсутствием мы вынуждены будем закрыть эту самую дверь, которая доставляет вам столько беспокойства, ведь в доме останутся одни мужчины. А далее посмотрим: — закрыв её однажды, обозначив этим своё решение, когда ещё мы откроем её вновь, ведь синьора соседка выздоровела и даже изволит путешествовать.
— Да мы и так собирались сделать, Анна беспокоится о дочери. Всё как-то не хотелось оставлять беспомощную соседку с больной ногой в одиночестве. А оно вон как. А ещё учёт нужно свести; нам просто необходимо уехать всем вместе. Кто останется в доме?
— Шевалье Арман и Ивонн, они заняты в мастерской, я предупрежу их, а также уважаемую синьору — соседку о вашем отъезде. Это просто факт; наша жизнь не должна вращаться вокруг пожилой синьоры.
Девочки были только рады.
Прогулка новых нарядов, масок и украшений. Словно птички, они щебетали, принимая водные процедуры в бассейне и наряжаясь. А затем новый парфюм, подарок от Армана. Элеонор смущённо разглядывала себя в зеркало, когда зашёл граф Антонио. Он вроде сказал, что всё готово для нашего отъезда.
Их глаза встретились. Там. В зазеркалье. Энергия, что пронзила молодых людей, её невозможно было описать словами. Она словно жаркий ветерок, коснулась моего сознания. А, возможно, и нежный поцелуй…
Смущение и чувства молодых людей: — словно расцветали, в оправе из нежных белых роз с капельками росы. Образ Венеции, города любви, что был отображён по низу рамы — оказался таким знаковым. Эти двое однозначно были неравнодушны друг к другу. Стоит ли говорить, что я наслаждалась аурой этих чувств.
Элеонор, она словно раскрывалась неизведанному, невинно и восторженно как прекрасный цветок, в то время как Антонио был очень смущён и словно подавлял в себе его. Но не мог противиться… Было понятно, что он, тревожился за свой возраст, а вернее, состояние своей Души и её память… Он сдерживал свои порывы. Зря. Обязательно нужно найти слова и поговорить с ним. Нельзя отталкивать от себя то, что предначертано самой судьбой.
Мне показалось, или портьеры дрогнули на окнах нашей соседки? В тот самый момент, когда я, обернувшись, будучи уже на боте, и попросила шевалье Вейлра передать привратнику просьбу: в отсутствие не посещать наши с Анжелик покои, даже с уборкой.
Уезжая, я закрыла на ключ все наши спальни, гостиные и гардеробные помещения, что прежде никогда не делала. Думаю, окружающие должны сделать соответствующие выводы. Дверь между половинами домов также была закрыта.