Во дворе раздаются звуки сирен. Полиция. Кто-то вызвал, видимо. Сокольников, осознавая, что ситуация выходит из-под контроля, пытается вырваться и то ли убежать, то ли уползти, но я не пускаю до тех пор, пока не приходит полиция.
– Надо в больницу, – бормочет Алёна, когда Сокольникова уводят. – Тебе срочно надо в больницу.
– А?.. – вспоминаю о своей ране и тело взрывается болью, да такой, что не могу сдержать стон. – Да, Алёнушка, надо. Идите домой, я доеду.
– Ещё чего, мы с тобой.
– У тебя швы.
– Ну и что! Я Альбине позвонила. Она сейчас приедет, нас всех заберёт.
И точно, вскоре приезжает Альбина, которую мне совсем не хочется беспокоить.
– Папу, спасите папу, – просит её Наташа со слезами на глазах.
Вижу, что она плакала. Это из-за страха и ужаса, который она пережила.
– Папу? Вот как? – приподнимает Альбина бровь и смотрит на меня.
– Да, папу, – киваю с улыбкой, которая быстро исчезает, когда я тревожу рану, усаживаясь в машину.
– Может, посмотрим? Здесь? – спрашивает Альбина с тревогой на лице.
– Нет, поехали. Можем до травмы, в принципе.
– Ещё чего. У нас самые лучшие специалисты. Сам же в курсе.
– Быстрее, – подгоняет её Наташа, а сама жмётся к Алёне.
Её ещё потряхивает, но, думаю, Алёне придётся с ней долго разговаривать насчёт случившегося. Может, даже к психологу сводить.
– Ну поехали, Наташенька, будем папу твоего спасать и перевязывать. Может быть, даже зашивать.
– В операционной?
– Ну нет, это не так серьёзно, как с мамой было, но тоже должен осмотреть хороший доктор.
– Папа самый лучший доктор. Он маму спас, – заявляет Наташа.
А Алёна сжимает мою руку и шепчет:
– Он всех нас спас. Всех.
Полтора года спустя
– Что это такое? – бросаю на стол Полозкову конверт с бумагами странного содержания.
– Ты где это взял? – вспыхивает он, вскакивая на ноги.
До этого расслабленно сидел в кресле, чувствуя себя хозяином положения. Ещё бы… столько доносов на зав отделением я ещё в своей жизни не видел. Видать, решил, что должность у него в кармане.
– Друзья передали.
– Какие друзья? Это противозаконно изымать такие бумаги…
– Из комитета по здравоохранению, Игорёк, – перебиваю. – Из комитета. Хочешь я тебе внеплановую аттестацию устрою?
– Ты не можешь!
– Спорим? – смотрю на Игоря, думая, что зависть с людьми творит. Ведь талантливый хирург, а до крысиной возни опускается. – Ты бы лучше дело занимался, а не подковёрными играми.
– Это не игры.
– Иначе назвать не могу. Прекращай наезжать на Иванова. Он тебя взрастил. Ты его творение. Так создателя убить вздумал? А насчёт зав отделения не беспокойся. Я не согласился. Но можешь готовить новую порцию доносов в мою сторону. А эти – спрячь и сожги.