Было только одно «но»: один человек видел меня настоящей, судя по тому, что менял мою внешность через зеркало, а для настройки голоса ему Бойко понадобился. Ну уж графу в штанах я не покажусь. Хотя… Нет, даже вспоминать не хотелось, в каком виде меня принёс графу дракон.
Эй, что это Бойко надевает мне на голову.
— Да не вырывайся, это шлем. Граф сказал, что убьёт меня, если ты будешь без него скакать по лесу. Слишком много веток.
— Шлем? Мы точно идём на лошадях кататься или с войной на барона?
Я посмотрела в зеркало. Зелёная рубашка, черные штаны и черное нечто на голове… На рыцарский шлем совершенно не похож. Но даже клоуны из проезжего цирка вряд ли бы такое надели.
— Долго ещё любоваться на себя будешь? Быстрее, пока Векач ест да лясы точит, а то не успеем забрать лошадей. А если ты и правда не умеешь держаться в седле, то он сразу поймет, что ты не Цини.
Бойко ушел вперед, а я всё жалась по углам и передвигалась перебежками сначала по замку, потом по парку между деревьями.
С Бойко мы встретились возле конюшни.
Перед этим я убедилась, что графа нет в сарае. Всё так же висел замок на двери. С того дня ничего не изменилось, только кровь и красная, моя, и черная, дракона, с двери исчезла.
Мне вспомнилась, как я от боли мечусь на столе среди стружек дерева. «Жаль, я тоже хотел, чтобы он выжил,» — голос графа, он убирает мокрые от лихорадки волосы с моего лица. Спрашивает: «Где его похоронить?»
— Ты чего там замерла, — сказал Бойко, подводя двух коней.
— Что-то вспомнилось.
Нет, собой я тоже не хочу быть. Эх! Лучше уж Цини с её смешными нарядами и идеальной жизнью.
Он подвёл ко мне бурого конька, который когда-то катил телегу.
— Огурчик добрый и послушный. То что надо для начала. А я себе возьму Рыцаря.
Огурчик подставил бок и посмотрел на меня карим ласковым глазом. Но я не знала, как к нему подступиться. Взялась за седло. Да так и замерла.
Бойко уже сидел на белом коне. И оба они, и конь, и Бойко, смотрели на нас с Огурчиком высокомерно.
— Ты придуриваешься или правда скакать не умеешь? Ты же деревенская.
Я покачала головой:
— Вот именно! Мне и не надо было, везде можно было дойти пешком.
Но всё же в детстве я завидовала девчонкам, что однажды пригнали на озеро табун лошадей. Ветер задрал их юбки до пупов, а за ними бежал старший брат с руганью, что они погубят разгоряченных коней, что нельзя так сразу в воду.
А я сидела на берегу рядом с коровами и думала, что их-то, таких неприличных, уж точно не ждёт ничего хорошего в жизни.
А сейчас? Обе стали приличными женами и матерями, так и не скажешь, что куролесили в детстве. А я такая примерная в детстве теперь ношу штаны.