Я затихла. В тот день слова матери казались правдой. Надо быть послушной и доброй девочкой. А добрые девочки любят сестрёнок и братиков.
Старуха-ведьма не накинулась и не съела меня. Мы гуляли по полям, собирали цветы, а Синий Нос как бы между прочим спрашивала, как ко мне относятся дома, не ссорятся ли родители.
Там, на поляне, мы встретили красивую девушку, которая тоже собирала цветы. Синий Нос посмотрела на букет у неё в руке и проговорила:
— Зря ты. Барон тебе не по зубам, знакомые маги вмиг раскусят, от чего он так сильно влюбился в простую селянку.
— В простую? — возмутилась красавица. — Иди своей дорогой, ведьма, а то затопчу.
Девушка прошла мимо и уже не казалась красивой.
— Она тоже ведьма?
Старушка вздохнула и погладила меня по голове.
— Даже самая бородавчатая ведьма с самым большим носом не переплюнет некоторых людей.
— Надо встать повыше, а потом уже плеваться, — с умным видом объясняла я, малютка, старушке.
— Это верно, милая, — потом голос ведьмы перестал быть задумчивым, — будешь братьев и сестёр любить?
Ага, последнее испытание, чтоб меня не съели, подумала я, и от всей детской души закричала: «Буду!»
И полюбила.
Три брата, — всё ещё немного для семьи с таким большим стадом коров.
Мы много работали, мои руки стали мускулистыми от взбивания масла, плечи широкими.
Лицо тоже не было красивым. Из-за того, что оно было курносым, братья дразнили Пятачком, пока не пригрозила, что если будут со мной плохо обращаться, то меня заберёт дракон.
Зато светло-русые волосы — загляденье, если какой парень проходил мимо, когда переплетала косы, то присвистывал.
И кожа была хороша, пока остальные девочки не знали, как вывести прыщи, в моём мире такой проблемы не существовало.
Может из-за кожи и волос соседский парень, работящий красавец, пару раз в месяц подходил к моему забору, передавал кулёк конфет младшим, а мне протягивал оранжевый леденец.
Он никогда никуда не звал, мало говорил, да и девчонки на него заглядывались покрасивее и с приданным побольше.
Но никому он больше не приносил сладости.
Иногда я думала: «Он влюбился в меня, потому что я была тихой и доброй, мы поженимся, состаримся и умрём в один день, вот мой счастливый конец».
Но это было даже не начало.
Из-за давней обиды строгий отец Обора ни за что бы с нами не породнился. Так он моему отцу и сказал. А женихи, которые приходили ко мне сговориться, были старше родителей или нелегкого нрава. Почему-то по деревне прошел слух, что с головой у меня не всё в порядке, будто я, рослая девица, до сих пор верила в дракона.
”Подождем ещё годик, вдруг Угора приберет небо, и вы, дети, слюбитесь», то ли шутил, то ли нет отец.