Только честным образом это не получится. Была бы няня рядом. Я вздохнула, нагнулась к реке, набрала пригоршню камешков и стала кидать их в воду. Бульк, бульк. Из леса с карканьем поднялась стая воронья. Почему я тоже не летаю как птица?
Эх, Ларисса, не о том думаешь. Тебе надо в город как-то попасть. Да и надоело сидеть безвылазно, и так в призрак замка Гаевских превратилась. И не в своём платье идти, так только до первого стражника и доберусь. Даже если зажмурюсь, чтоб глаза не видно было. Поинтересуются стражи, откуда это у этой девчонки платье богатое и не по размеру — украла наверное. А глаза не прятать, шаг в городе сделаешь — отцу с мачехой сразу доложат, а что сказано было «Только на территории замка».
Нда… Хочешь не хочешь, а придётся тебе, Ларисса, воровством заняться.
Я закинула последний камешек со всего размаху в воду, и тяжело вздохнув присматривать себе чужую одежду.
Поднялась по каменным ступеням во внутренний двор замка и оглянулась. Рядом с конюшней располагалась прачечная, где с утра до ночи трудились женщины. Они замачивали одежду в больших котлах, потом разводили под ними огонь и мешали варево большими деревянными лопатками. После перегружали в чаны и, прополоскав, развешивали на длинных верёвках рубашки и платья, простыни и полотенца.
Понаблюдав за ними несколько дней, я увидела, что частенько в ясную погоду постиранное оставалось висеть до утра. И иногда проказник ветер скидывал чистое на землю, а то и уносил в реку. Идеальный вариант. Чтобы никто ничего не заподозрил, надо дождаться ветреную ночь.
Повезло мне через неделю. Когда створка моего окна застучала от порывов в сильного ветра, я улыбнулась и пошла на дело. Схватила первое попавшееся платье вроде серое, в темноте же не сильно видно, и платок, а потом, побросав простыни на землю, оттащила ворох рубашек к берегу и скинула их в воду. Это ветер, а не леди Ларисса. Украденное занесла в потайной ход.
Теперь дело за башмаками. Мучила, конечно, совесть, что служанок накажут за нерадивость, но у меня не было другого выхода. Но обувь, к сожалению, не стирают. И где мне тогда её раздобыть прикажете? И тут мне пришла в голову прекрасная мысль, как и платье получить и себе обувь купить. Главное — выбраться в город.
Утром, спустившись во двор, я сразу заметила около прачечной двух заплаканных девушек умоляющих старшую прачку дать им возможность отработать, и не отсылать в Мантир. Вот и жертвы моего ночного выхода. Борясь с чувством вины и постоянно вздыхая, я пошла в обход замковой территории. Центральные ворота охранялись двумя стражниками и предназначались только для хозяев замка и их гостей. Меня здесь не пропустят ни в том, ни в другом образе.