Ольга посвятила преподаванию всю жизнь, а после смерти очнулась в Российской Империи конца XIX века, где женщинам не место за профессорской кафедрой. За желание учиться и учить против нее ополчились влиятельные академики, студенты-мужчины и высший свет.
Она не намерена сдаваться. Но на ее пути встает человек, которому под силу уничтожить все, что она создала. Их взгляды непримиримы, столкновение — неизбежно, но чем дальше заходит противостояние, тем сложнее игнорировать то, что их тянет друг к другу.
Ольга вырвала для себя место в этом мире. Но хватит ли у нее сил его удержать?
***
— Допрыгались, милочка.
Злобный шепот заставил меня остановиться и взглянуть на Сергея Федоровича, председателя профессорского совета.
— Не прошли ваши новаторские безумства даром. Сегодня ожидается Высшая императорская комиссия под председательством князя Мещерина! Ваше право преподавать отзовут, а всех курсисток выгонят к чертовой матери! — с торжественным ликованием сообщил он.
И, рассмеявшись неприятным, скрипучим смехом, покинул просторную аудиторию, оставив меня в смятении и замешательстве.
Я прижала ладони к животу, чувствуя, как по телу разливается неприятная тошнота. Сердце громко колотилось, и я сглотнула горький комок, подступивший к горлу.
Три года. Три долгих года в этом мире.
Ради исполнения своей мечты — преподавать — я пошла на многое. Нарушила не один закон. Не раз обманывала и лгала. Использовала поддельные документы, и даже фиктивно вышла замуж…
А теперь все это у меня отберут? Высшая комиссия под председательством князя Мещерина — человека, который ненавидит всех женщин в целом и меня лично — грозится закрыть женские курсы, где я преподаю историю и юриспруденцию.
Жар прилил к щекам, заставив их окраситься румянцем.
— Этому не бывать! — тихо сказала я, и слова гулким эхом улетели под высокий потолок аудитории.
Я не позволю взять и отобрать мою мечту.
Высшая комиссия?
Хорошо!
Я выжила, очутившись в Российской Империи XIX века. И не только выжила, но и создала себе новое имя. Новую историю. Новое прошлое.
И прямо сейчас я работала над своим будущим и не намерена позволить ни князю Мещерину, ни кому-либо другому разрушить то, что я так тщательно, по крупицам создавала.
Сделав глубокий вдох, я разгладила ладонями юбку насыщенно-изумрудного платья и поправила уложенные в пучок волосы.
Я все смогу. Справлюсь и в этот раз.
Но к тому, что члены Высшей императорской комиссии уже прибыли, я оказалась не готова, и потому, покинув аудиторию, удивленно замерла прямо возле двери.