Рошер с Лэриком затеяли игру в перелесские карты, в три глазка — и стали меня учить. Оказалось занимательно. Мы немного поиграли — сперва на сухарики с орехами, потом Лэрик выиграл целую вазочку, сказал, что не интересно, и мы начали играть на то, чтоб проигравший мяукнул под столом. Очень развеселили Глейзу.
Мы настолько успокоились и расслабились, что даже обедали вместе с королевой и Ильсорой. И получилась совершенно неожиданная штука: вместо того, чтоб слушать, как Вирелла ворчит, я сразу начал рассказывать какую-то невероятную ерунду из серии «а у нас в школе» — и внезапно присоединился Рошер, который подхватил тему «а у нас в корпусе». Кажется, мы оба заврались лютейше — зато хохотали августейшие, все, включая Ильсору, и королева хихикала не хуже, чем принцессы.
И всё это было так славно, что я даже поверил, будто мы впрямь едем просто на курорт. И начал думать, что увижу море же, настоящие Солнечные Воды, не в светоленте, а по правде. Лэрик сказал, что у нас в багаже есть ашурийская бумага, пяток холстов на подрамниках и кое-что ещё годное для рисования, и я размечтался, как мы с Лэриком и с Глейзой, конечно, будем рисовать море… и я, может быть, подберу какую-нибудь ракушечку причудливую и её порисую карандашом в разных ракурсах, просто для интереса…
Когда уже стемнело совсем, и поезд шёл сквозь дождь — нас всех слегка укачало. Мы зажгли маленькие лампы, Лэрик рисовал в моём блокноте ушастого ухмыляющегося чудика, Глейза устроилась читать роман, Рошер задремал… Я читал тетрадки Сэдрика — и прямо голос Сэдрика из сна слышал, как наяву.
Защита от ядов. Защита от проклятий. Никогда не забывай…
Будь всегда начеку, Валиен. Вокруг ползучее зло. Защита от сглаза. Щит от адских гончих… «Гончие понимают речь. К ним можно обратиться на языке Лугоземья или на древнем языке Великих Лесов…»
Колёса мерно грохотали на стыках рельс, вагон чуть покачивало, качались лампы, по стеклу стекали дождевые струйки, мимо пролетали тёмные леса, почти не видимые в сумерках, и у меня в голове почему-то звучали и всё повторялись строчки из какой-то читанной в незапамятные времена древней легенды: «И спит король Лагриан… и спят рыцари Золотой Розы…»
И тут я о стекло головой — тук! И проснулся!
За стеклом было светло. Поезд медленно шёл мимо переезда, освещённого электрическим фонарём. А на дороге стояли они.
Я мгновенно проснулся, резко — но у меня было ощущение, что мне снится кошмар наяву. Я видел меньше минуты, потому что поезд шёл медленно, но шёл — и вскоре переезд и фонарь исчезли из виду, и они тоже — но они остались у меня в памяти, как жуткая светокарточка.