Я хмыкнул, глядя в зеркало, где моё лицо снова превращалось в чужое. Накладные скулы, лёгкая бородка, тени под глазами — Миюки была гением. Её болтовня действовала, как кофе, прогоняя утреннюю усталость и боль в мышцах после вчерашнего марафона в «Жемчужине».
— Ты слишком увлечена, — сказал я, но уголки губ дрогнули. — Главное, чтобы я выглядел как парень, который моет посуду, а не как пират.
— О, не волнуйтесь! — воскликнула она, добавляя штрихи к бровям. — Вы будете идеальным Хиро! Чуть моложе, чуть проще, но с шармом. Знаете, грим — это как театр: если верить в роль, все поверят. А вы, похоже, уже вжились! Расскажите, как там в «Жемчужине»? Повара орут, как в фильмах?
— Орут, — буркнул я, вспоминая хаос кухни. — И не только повара. Но я разберусь.
Миюки рассмеялась, отступая, чтобы оценить работу.
— Готово! — сказала она, хлопнув в ладоши. — Хиро Ямада, часть вторая! Взгляните!
Я повернулся к зеркалу и снова не узнал себя. Лицо было тем же, но другим — молодой парень, слегка потрёпанный, с небрежной бородкой и усталыми глазами, будто он всю ночь считал чаевые. Ни следа Кенджи Мураками, ни намёка на владельца «Спрута». Я выглядел, как человек, который растворяется в толпе, и это было именно то, что мне нужно.
— Миюки, ты волшебница, — сказал я, вставая. — Если я выберусь из этого живым, столик в «Белом Тигре» за мной.
Она просияла, её глаза загорелись.
— Держу за слово, Хиро-сан! Удачи там, и не забудьте: держите плечи опущенными, чтобы выглядеть скромнее!
Я кивнул, поправляя кепку, и вышел из гримёрки, чувствуя, как адреналин начинает пульсировать. «Жемчужина» ждала, и я был готов копать глубже.
Я стоял на кухне «Жемчужины», по локти в мыльной воде, скребя бесконечные тарелки, пока кухня гудела, как улей перед боем. Повара орали, сковородки шипели, а запах жареной рыбы и соевого соуса пропитал мою дешёвую куртку. Мышцы ныли после вчерашней разгрузки, но я держал ритм, чтобы не выделяться. Хиро Ямада, новичок с кепкой на глазах, не должен привлекать внимания. Но мой разум был острым, фиксируя всё: грубость Тецуо у чёрного хода, намёки Мики об уволенном официанте, странные коробки без маркировки в подсобке. Сегодня я должен был копнуть глубже — найти Мику, проверить поставки, следить за Марком Кимуро. Убытки «Жемчужины» были не случайностью, и я собирался найти гниль, которая их вызывала.
Внезапно Рёсуке, помощник шеф-повара, ворвался на кухню, его сальные волосы прилипли ко лбу, а лицо было красным от раздражения. Он ткнул пальцем в сторону поваров, его голос перекрыл шум: