Хэйт могла оценить тонкую работу ювелира, но безотносительно себя.
Здесь же, на изящной ящерице, золото, малахит и янтарь не казались чрезмерными. Не показная роскошь, а истинная суть.
— Показывай! — нетерпеливо велела Эшши.
— Один миг, — откликнулась художница.
Достала личную печать, с гордостью приложила её к законченному творению. Такое без печати оставлять было неправильно — Праматерь Шанти Эшши сияла на холсте, как настоящая.
И одновременно — как игрушечная, больно уж хороша.
Вот только длинная зубчатая тень очень уж черна… И бурлящие пузыри от кислотного плевка в углу намекают: краса таит в себе смертельную опасность.
Правда, невнимательный зритель может и не заметить, не «считать» намеков. Легко увлечься блеском и притягательным обликом.
Система предложила дать картине название.
«Сияющая погибель Эшши», — ввела Хэйт.
Бонусов за картину не дали. «Взгляд истины» не апнулся. Но художница была довольна.
«Теперь можно и подраться», — с долей сожаления подумала она.
— Так ты меня видишь? — задумчиво спросил голос. — Любопытно… Взгляд истины мог бы явить и больше.
Гибкий длинный хвост хлестнул по мольберту. Хэйт едва не задохнулась от негодования: золотой огонь же сожжет картину!
Вместо этого на нарисованных камнях остался отпечаток хвоста. Узор из золотых нитей.
— Один раз дозволяю обратиться ко мне с призывом, — торжественно объявил голос Праматери Шанти. — Явлюсь на зов, чтобы сражаться на твоей стороне. Единожды, слышала? Выбирай время для зова с умом. А теперь уходи.
Художница не упиралась, когда её ненавязчиво толкали к выходу из зала. Не удивлялась отсутствию «защитной пленки», что образовалась при входе в подземное обиталище Эшши. Взгляд и мысли были прикованы к картине. Точнее, к описанию от системы.
Оно практически дублировало услышанное. Только с уточнениями: срок призыва составляет двадцать пять минут, призыв возможен в любой точке Тионэи, после активации призыва особое свойство картины будет утрачено.
Возмущение Шадара, коему не досталось ценных ингредиентов с мини-босса, тоже как-то мимо Хэйт прошло.
— Просто идем дальше, — механически ответила глава Ненависти.
Она вся была в картине: в эффектности блистательной Эшши, в эффекте, которого никак не ждала получить. И теперь её терзала мысль: «А что, так можно было? И сколько подобных вариантов я уже упустила? Какие требования к активации режима мирной живописи, когда бой уже начат?»
Плевки уже летели. Если бы не реакция и скорость Хэйт, без урона не обошлось бы.
Призыв сильного существа, даже однократный, мог буквально «перевернуть стол» в заведомо проигрышной ситуации. Игнорировать подобную возможность?