Стало ли это последствием ритуала?
— Сегодня, — повторил Рой.
Его пальцы, вцепившиеся в мою талию, сжались, и я почувствовала обжигающий жар даже через слои одежды. Мужчина был зол. Всё это время он лишь искусно изображал равнодушие.
— Я не собираюсь больше терпеть неуважение к себе. Думаешь, я не знаю, что ты тайком покидаешь дворец? С сегодняшнего дня, когда ты наконец станешь моей полноценной женой, за тобой будет установлено постоянное наблюдение.
Когда я оказалась в ловушке?
— Что, если мы заключим договор? — произнесла я после долгого, мучительного молчания.
Я поймала на себе взгляд Эллен — дикий, тёмный, полный невыносимой боли. Она стояла у стены рядом с Анной и молодыми жёнами Беррая. Там же находилась и дочь советника Таледора Стоуна.
— Я добуду для тебя то, что ты ищешь в подвалах Красной башни, а ты взамен не прикоснёшься ко мне. Что скажешь?
Оказавшись в Красной башне, я найду способ освободить Таррена и Лойда, а может, и докопаюсь до правды о печатях. Я не верила, что Рой изменится, он возомнил себя Вигорром и в упор не видит меня настоящую, но я всё ещё могу… купить себе время.
— Нам не попасть в башню без правителя Вермитура… А Беррай ни за что не пустит нас внутрь. Я вызову его на поединок.
Я не слышала никого, кроме него.
— Он знает, что у него нет против меня ни единого шанса. Дракарры Вермитура давно уже не те, что были триста или, тем более, пятьсот лет назад. Они слабели всё это время, их кровь превратилась в воду…
— Что именно тебе нужно в подвалах башни? Скажи мне, и я принесу тебе это после вашего поединка. При условии, что ты не тронешь меня и позволишь мне свободно передвигаться по городу так, как мне нужно!
Танец закончился, но мы не двигались с места, и никого это не заботило. Феррел мог творить что угодно — он даже намекнул на вызов королю этой земли.
Ожидание его ответа было мучительным. В глазах Роя полыхала пьяная власть. Он знал, что все карты сейчас у него на руках.
— Последний дракон.
Покои Исабо
«Последний Дракон».
Я вспомнила, где слышала упоминание о нём — из дневника предыдущей экспедиции. Миссия тысяча восемьсот пятьдесят седьмого года.
«Они называли нас несущими смерть и твердили, что должны защитить последнего дракона и короля Беррая».
Почему-то я считала, что ритуал пробуждает дракона внутри самого дракарра, и даже подумать не могла, что «Последним Драконом» называют что-то отдельное. Как их объединяли?
Единственное, в чём я была уверена, так это в том, что, принеся Рою этого дракона — которого мне трудно было представить даже в теории, — я завершу ритуал. Он станет полноценным, печати на мне и Анне исчезнут, и мы окажемся привязаны к нему до конца своих дней.